Наши любимые дети

Узкие пустынные улицы старого города ласкают полуденные лучи знойного солнца. С легкими прозрачными занавесками на окне второго этажа в доме напротив играет ветер. Моя мастерская на первом этаже под скромной красно-белой вывеской. Я сижу на старом деревянном стуле без спинки, мои руки в глине, я леплю из глины очередную вазочку, кувшинчик whatever… все эти штучки очень любят туристы, что конечно очень хорошо для меня. Я люблю иметь дело с глиной – глина податливый приятный материал – начинаешь что-то делать и никогда не знаешь что получится, в итоге начинаешь понимать, что это не твои руки, а сама глина решает какой образ ей принять. Это интересно и странно одновременно, казалось бы всего лишь бесформенная глина.

Остается только догадываться, какие сюрпризы может преподнести такой «оформленный» материал, как человек. После того как глине предана форма, ее следует обжечь в специальной печи – это тоже не менее удивительный процесс - высокая температура на которую так жалуются люди, от которой таят ледяные глыбы, наоборот надает глине «уверенность» и окончательное состояние. Ну вот обжиг закончен, лицо горит от того, что долго находишься возле раскаленной печи, достаешь изделия, ставишь на стол и даешь остыть, вот теперь можно придать им индивидуальность, форма диктует раскраску… бывает так, что сразу видно что эта ваза девочка – тогда и краски нежнее, и линии плавные, а бывают мальчики – и там все по-другому. А потом они все становятся на полки и ждут своей доли. Они разъезжаются по всему свету, увозя частичку меня с собой. Иногда я ощущаю сибирские холода, вижу заснеженные Альпы, слышу звук Биг Бена, чувствую запах пиццы… я чувствую, вижу, слышу, ощущаю, осязаю Планету. Я ее часть, а она часть меня.

Вечером, когда на город спускается ночная прохлада и с моря дует легкий бриз, я иду домой. Мимо проносятся машины, а в голове все равно играет музыка. В теле неимоверная легкость и кажется, что ты один… один на этой дороге… один на один с этой машиной… она сбивает меня с ног, я падаю на землю и как глиняная вазочка, выскользнувшая из рук, разбиваюсь на куски, на кусочки и части меня разлетаются в пригород Парижа, на турецкий берег Черного моря, поднимаются на Урал, плутают по фьордам Норвегии, я разлетаюсь по всему миру. Я чувствую, вижу, слышу, ощущаю, осязаю Планету. Я ее часть, а она часть меня.

Читайте также

Последние новости