Наши любимые дети

Маяковский, как известно, себя любить не забывал. За что неоднократно был подозреваем в самых невероятных грехах собратьями по творческому цеху и обывателями всех мастей. Самолюбовь на деле частенько оказывалась самошуткой.  Возьмём, к примеру, трагедию «Владимир Маяковский».

Написана она в 1913 году двадцатилетним человеком, едва успевшим издать первый стихотворный сборник со скромным названием «Я» - целых 300 экземпляров. Пьеса поэтическая, с эпилогом и прологом, в двух действиях. Поставлена была в 1914 году в петербургском «Луна-парке», в заглавной роли выступил сами догадайтесь кто.

Действующие лица, окружающие героя, конкретно экстравагантны: старик с чёрными сухими кошками, человек без глаза и ноги, человек без уха, человек без головы, человек с растянутым лицом, человек с двумя поцелуями… Женщины довольно милы– со слезой, слезинкой и слезищей. Кроме этих трёх есть бессловесная знакомая героя, огромная, двух-трёх саженей (некоторые полагают, что намёк на Статую свободы). Такой вот город, в котором сначала весело (первое действие), а потом скучно (второе действие).

Пролог не разъясняет подробно то, что предстоит увидеть зрителю. Он лишь сообщает о том, что поэт готов отдать свою дорогую душу… Кому? Зачем? Да вот всем безъязыким, чтоб спаслись обновлением.

Придите все ко мне,

кто рвал молчание,

кто выл

оттого, что петли полдней туги, —

я вам открою

словами

простыми, как мычанье,

наши новые души,

гудящие,

как фонарные дуги.

В первом действии старик с сухими чёрными кошками (а он живёт уже целое тысячелетие; про возраст кошек, правда, ничего не сказано) объясняет человеколюбивому поэту, что вещи давно захватили власть, поэтому миссия его вряд ли выполнима. Впрочем, старик явно безумен. Да и не он один – тут все кричат что-то своё, не слушая друг друга, то плача, то радуясь в предчувствии конца надоевшего всем миропорядка. Человек без уха, например:

Даже переулки засучили рукава для драки.

А тоска моя растёт,

непонятна и тревожна,

как слеза на морде у плачущей собаки.

Поэт пытается то ли успокоить город, то ли придать его движению нечто разумное, но… сам он в себе не слишком уверен. Произносит в сторону тихо:

Говорят,

где-то

— кажется, в Бразилии —

есть один счастливый человек!

Хотя для города это не так уж важно, город бунтует, вещи разбегаются, кажется, начинается новая жизнь. Какова она? Узнаём из второго действия. Посреди площади в тоге и лавровом венке стоит Маяковский, к нему пробиваются горожане. Женщины отдают свои слёзки, слёзы, слезища, человек с двумя поцелуями рассказывает небылицы про кого-то, кому пришлось иметь дело с большим поцелуем. А вообще изготовление поцелуев поставлено на поток, все вроде счастливы. На сцену даже вбегают дети-поцелуи. Поэт по-прежнему одинок и несчастен.

Я

с ношей моей

иду,

спотыкаюсь,

ползу

дальше

на север,

туда,

где в тисках бесконечной тоски

пальцами волн

вечно

грудь рвет

океан-изувер.

Ноша его – всё та же больная душа. Странная у него случилась история с этим городом, как-то проскользнули они мимо друг друга. В эпилоге герой признаётся, что всего-навсего дал своим мыслям «нечеловечий простор». И коронный номер – кем бы он ни казался себе, всего милее словосочетание «Владимир Маяковский»:

Иногда мне кажется —

я петух голландский

или я

король псковский.

А иногда

мне больше всего нравится

моя собственная фамилия,

Владимир Маяковский.

Пьеса короткая, но разноуровневая. Тут можно говорить о прощании с футуризмом, о влиянии Велимира Хлебникова, о пристрастии к живописи, об интеллигентском коктейле из христианских и революционных порывов. Мне вот очень отчётливо представляется анимационный фильм, жаль только, что к анимации я никакого отношения не имею. А, может, кто возьмётся, господа?

Читайте также

Последние новости