Наши любимые дети

voleu  sud'bi bila zabroshena v Brooklyn na zakate dnya
dabi s'ekonomit' $2 na metro vozraschalas' v City peshkom 26 minut

cherez Brooklinskiy most

Издай, Кулидж,

радостный клич!

На хорошее

           и мне не жалко слов.

От похвал

         красней,

                 как флага нашего материйка,

хоть вы

       и разъюнайтед стетс

                          оф

Америка.

Как в церковь

             идет

                 помешавшийся верующий,

как в скит

          удаляется,

                    строг и прост, - 

так я

     в вечерней

               сереющей мерещи

вхожу,

      смиренный, на Бруклинский мост.

Как в город

           в сломанный

                      прет победитель

на пушках - жерлом

                  жирафу под рост - 

так, пьяный славой,

                   так жить в аппетите,

влезаю,

       гордый,

              на Бруклинский мост.

Как глупый художник

                   в мадонну музея

вонзает глаз свой,

                  влюблен и остр,

так я,

      с поднебесья,

                   в звезды усеян,

смотрю

      на Нью-Йорк

                 сквозь Бруклинский мост.

Нью-Йорк

        до вечера тяжек

                       и душен,

забыл,

      что тяжко ему

                   и высоко,

и только одни

             домовьи души

встают

      в прозрачном свечении окон.

Здесь

     еле зудит

              элевейтеров зуд.

И  только

         по этому - 

                    тихому зуду

поймешь - 

          поезда

                с дребезжаньем ползут,

как будто

         в буфет убирают посуду.

Когда ж,

        казалось, с-под речки начатой

развозит

        с фабрики

                 сахар лавочник, - 

то

  под мостом проходящие мачты

размером

        не больше размеров булавочных.

Я горд

      вот этой

              стальною милей,

живьем в ней

            мои видения встали - 

борьба

      за конструкции

                    вместо стилей,

расчет суровый

              гаек

                  и стали.

Если

    придет

          окончание света - 

планету

       хаос

           разделает в лоск,

и только

        один останется

                      этот

над пылью  гибели вздыбленный мост,

то,

   как из косточек,

                   тоньше иголок,

тучнеют

       в музеях стоящие

                       ящеры,

так

    с этим мостом

                 столетий геолог

сумел

     воссоздать бы

                  дни настоящие.

Он скажет:

          - Вот эта

                   стальная лапа

соединяла

         моря и прерии,

отсюда

      Европа

            рвалась на Запад,

пустив

      по ветру

              индейские перья.

Напомнит

        машину

              ребро вот это - 

сообразите,

           хватит рук ли,

чтоб, став

          стальной ногой

                        на Мангетен,

к себе

      за губу

             притягивать Бруклин?

По  проводам

            электрической пряди - 

я знаю - 

        эпоха

             после пара - 

здесь

     люди

         уже

            орали по радио,

здесь

     люди

         уже

            взлетали по аэро.

Здесь

     жизнь

          была

              одним - беззаботная,

другим - 

         голодный

                 протяжный  вой.

Отсюда

      безработные

в Гудзон

        кидались

                вниз головой.

И дальше

        картина моя

                   без загвоздки

по струнам - канатам,

                     аж звездам к ногам.

Я  вижу - 

          здесь

                стоял Маяковский,

стоял

     и стихи слагал по слогам. - 

Смотрю,

       как в поезд глядит эскимос,

впиваюсь,

         как в ухо впивается клещ.

Бруклинский  мост - 

да...

      Это вещь!

Mayakovskiy 1925

Читайте также

Последние новости