Наши любимые дети

Глава 11. В лесу.

Иван Бугров курил сигарету, высунувшись из кабины. Холодный ветер хлестал его по лицу, но Ивану, прожившему на Крайнем Севере половину жизни, это даже нравилось. Подумать только, насколько просто получилось угнать поезд! Прямо из под носа у девчонки! И как вовремя она сюда заявилась со своими мамонтами... Новый большой дом. Большая усадьба... Да к черту дом с усадьбой, если старикашка не врет, и мамонтов там действительно хоть склады сооружай... Это можно купить с потрохами весь Романовск! А на оставшиеся деньги пробурить скважину с нефтью! А потом...
Мысли Ивана лихорадочно метались из стороны в сторону. Что было на него не похоже, обычно он рассуждал серьезно, четко по делу, и только в рамках своих возможностей. Правда, сейчас возможностей порядком прибавилось, все, что остается - это их не упустить. Нет, Иван не из таких. Пусть канистра бензина и погром во дворе будут платой за то богатство и славу, за которыми сейчас он направляется. Ах, да, они направляются - есть еще Игорь. Да, Игорю, как брату, тоже следует что-нибудь выделить... Не шибко умный, зато свой. И страшный. Хорошо, что старика он, Иван, запер, а то еще, чего доброго, Игорь сжалится и отпустит его. Хотя что ему сделает немощный дед?
Он перевел взгляд в кабину. Оскар, как называл себя этот заводной робот, стоял спиной к нему, наблюдая за управлением. Ох уж эти новомодные механизмы, электроники, нанотехнологии. Тьфу! Нет, чтобы поставить в управление живого, нормального человека... Зато это ведро с болтами проще обезвредить. Да и соображает он медленно. Все только на руку!
Бросив последний презрительный взгляд на Оскара, Иван снова высунулся в окно. Старик сказал, что там должно быть поселение юколов, которые знают, где лежат мамонты. Ну или ходят, непринципиально. Видел он, Иван, этих юколов, бывали тут... Алкаши, каких еще поискать, и тупы до безобразия. Как эти их вшивые собаки. Юколы проблемы не представляют, они еще и помогут ему. Все равно им сгнивать в своей дыре, так пусть хоть пользу принесут. А потом... Что это??
Поезд настигал странный, быстро приближающийся предмет. Через минуту Иван узнал его. Это дрезина, которая сто лет сгнивала под платформой в Романовске. Ничего себе скорость для такой развалины! А кто же в ней находится?
Ну разумеется. Кто же это еще может быть?.. Нет, девчонка определенно ищет себе проблемы.
Грубо оттолкнув Оскара от рычагов управления, Иван занял его место. Управлять локомотивами, тем более иностранными, тем более самодельными, никто его не учил, но ему почему-то показалось, что в этом ничего сложного нет. Он передвинул большой рычаг от себя до упора, и поезд, встряхнувшись, бросился вперед. Не убирая руку с рычага, Иван выглянул в окно. Дрезина отстала, и вскоре совсем исчезла из поля зрения. Проводив ее глазами, Бугров собрался всунуться назад в кабину, но вдруг взгляд его упал на путь вперед. Рельсы пересекали мелкую речушку, через мост, настолько тонкий и хлипкий, что его практически не было видно. Тяжелый поезд этот мост точно не выдержит.
Лихорадочно пробежавшись глазами по рычагам, Иван перевел взгляд на Оскара, но тот понуро сидел в углу, не реагируя ни на что. Мост тем временем приближался все быстрее. Недолго думая, Иван дернул за самый большой рычаг вниз. Поезд снова тряхнуло, на этот раз в другую сторону, да так, что Бугрова едва не отбросило в стену, но он успел схватиться за окно. Раздался пронзительный скрип тормозов, из-под колес заплясали искры. Но было уже поздно - поезд влетел на мост, который тут же захрустел под рельсами. Пытаясь исправить положение, Бугров отпустил тормоза. Из последних сил поезд перекатился через мост и остановился, едва успев въехать на землю. К несчастью, вагон наполовину остался на мосту, который тут же под ним рассыпался в щепки. Под весом вагона поезд поехал назад, в пропасть. И снова Иван отреагировал молниеносно, рванув рукоятку тормоза. Поезд остановился, а вагон, под которым оказался обрыв, угрожающе повис над стремительно несущейся рекой. Бугров же продолжал сжимать тормоз, пока поезд не перестал шевелиться, и все не затихло.

***

- Эй, стой! Юки! Подожди меня, слышишь!
Но юки ничего не хотел слышать, и едва освободившись от надоевшей клетки, тут же нырнул в ближайший сугроб, и помчался вдоль пропасти, поднимая вокруг себя стены из снега. Впрочем, у него не было цели убежать от девушки, он просто носился среди деревьев. Не без усилия Кейт вылезла из дрезины, и тут же очутилась по щиколотку в снегу.
- Юки! Стой! Да погоди же ты…
Она выбралась из сугробов на узкую тропинку и огляделась. Её окружал северный лес, холодный и неприветливый. Высокие, с десяток человеческих ростов, ели переплетались ветвями, щедро укрытыми снегом. Они утопали в полуметровых сугробах, из которых то тут, то там пробивалась сухая трава и кустарники. Чем ближе к реке, тем реже становился лес, и тем выше были сугробы. Вглядываться же вглубь было бессмысленно – взор перекрывала сплошная серая стена деревьев. Лишь подняв голову вверх, можно было заметить едва возвышающиеся над лесом горы, где-то совсем рядом. Солнце светило неохотно из-за туч, и снег, деревья, горы, камни у берега сливались в одну серую картину, которая, тем не менее, имела своеобразную, суровую привлекательность. Лес был одним большим живым организмом, девушка буквально чувствовала его дыхание. Ей показалось, что он осматривает её, принюхивается, как зверь, рядом с которым оказался неизвестный ему предмет.
Юки мелькал между деревьями, временами зарываясь в снег и выпрыгивая из него с фонтаном снежинок. Убедившись, что на её окрики он не отзывается, Кейт махнула рукой и пошла по тропинке вдоль обрыва. Внизу шумела река, быстрая, усеянная острыми камнями. В месте, где вместо моста торчали обломки досок, берег поднимался метров на пять отвесно вверх, но чем дальше в стороны, тем более пологим он становился. На противоположном берегу, словно огромная гусеница на краю ветки, стоял поезд Форальберга, свесившись вагоном над рекой. Судя по всему, поезд был пуст, злоумышленники успели скрыться. Но где Ганс? Где Оскар? Что они с ними сделали? Необходимо было во что бы то ни стало попасть к поезду.
Но сделать это было совсем не просто. Рядом с поездом перебраться на тот берег не было совершенно никакой возможности. Дальше же появлялись преграды в виде скал и ущелий, которыми противоположный берег был изрезан, подобно смятой бумаге. Словом, рай для альпиниста. Кейт, однако, это не прельщало.
Наконец, оторвав взор от противоположного берега, она вернулась на тропинку. Первое, что бросилось ей в глаза – отсутствие юки.
- Юки!
Отдалённый хриплый лай донёсся откуда-то с берега, далеко впереди неё. Девушка быстрым шагом пошла в его сторону.
По пути до неё дошла неприятная мысль. Ведь просто так ходить по лесу небезопасно. Здесь могут водиться волки, или еще кто похуже. Иметь при себе собаку, которая может вовремя сообщить об опасности, совершенно нелишне. Кстати, а почему разлаялся юки?.. Она замедлила шаг и еще внимательней всмотрелась в лес.
К счастью, паниковать было еще рано. Зверь скакал по берегу реки, которая теперь была почти вровень с ними, и заливисто лаял на спрятавшегося посреди реки бобра. Рядом с ним стояла высокая сухая сосна, корень которой был изгрызен больше чем наполовину. Вероятно, бобер занимался своим бобровым делом, и был прогнан невесть откуда явившимся шумным гостем.
Тут Кейт пришла в голову идея. Она подняла голову, и посмотрела вверх. Да, высоты этой сосны должно хватить, чтобы достать до противоположного берега…
Нужно чем-то отвлечь собаку. Она огляделась вокруг. Её взгляд упал на необычное нагромождение камней, рядом с тропинкой. Такое девушка уже видела, кажется, в дневнике Туканова. Алтарь юколов. Она подошла поближе, оставив уже охрипшего от непрерывного лая юки. Небольшая горка из аккуратно сложенных речных камней, со следами огня на них. Сверху на камнях лежала большая рыбина, покрытая толстой коркой льда. Кейт поморщилась, но рыбу взяла.
- Юки! Иди сюда! Смотри, что у меня есть!
Увидев во льду знакомые очертания, зверь со всех ног бросился к девушке. Состояние пищи его не очень разочаровало – попытавшись взять рыбу на зуб и убедившись, что это ни к чему не привело, он положил её на передние лапы и принялся лизать. На него невозможно было смотреть без умиления. Тем временем осмелевший бобер уже вовсю догрызал свою сосну, издавая негромкий треск. Кейт подошла к берегу и снова принялась изучать противоположный берег. Да, для переправы место не совсем удачное. На пути к поезду у них будет ущелье и довольно высокая скала. Остаётся надеяться, что юкольские тропы есть и там.
Юки тем временем слизал весь лед с рыбы и одним взмахом языка отправил её в пасть. После чего, заметив уже знакомого бобра, с новыми силами кинулся к нему навстречу. Бобер оставил сосну и немедленно ретировался в реку. На этот раз корень дерева был почти перегрызен. Один толчок – и сосна со страшным хрустом полетела вниз, испугав юки, бобра и саму Кейт. Зато высоты её как раз хватило, чтобы соединить два берега.
Девушка подошла к упавшей сосне и попробовала покачать её ногой. Не очень надежно, но выбора нет. Она занесла ногу, и едва не была сбита непоседливым юки, который вдруг решил пойти первым. У него это получилось очень быстро – через несколько секунд он уже носился по противоположному берегу. Ей же пришлось изрядно понервничать – река под ней была хоть и неглубока, но текла очень быстро, и была сплошь усеяна камнями. Поэтому, ступив на берег, Кейт вздохнула с облегчением. Однако потом она перевела взляд на лес, который здесь был еще темнее и недружелюбней. Нельзя было долго оставаться на одном месте. С трудом ей удалось оторвать юки от его занятия, и они двинулись по заснеженной тропинке вглубь леса. Позади осталась бурная река, с переброшенным через неё деревом. Когда парочка ушла уже довольно далеко в лес, дерево хруснуло, переломилось пополам и поползло, влекомое течением и довольным бобром. Через минуту о существовавшем через реку броде не напоминало ничего, кроме следов на снегу, оставленных человеком и странным животным.

***

Марсон барабанил пальцами руки по столу. Второй рукой он подпирал голову. Всем своим видом он давал знать, что не любит ожидания. Правда, пугать было некого – все разошлись по делам, кроме секретарши.
- Половина четвертого. Он что там, напился? – буркнул он вполголоса.
За закрытым окном негромко стрекотал город. Ему вторила своей клавиатурой секретарша за дверью. Поэтому, когда посреди этого фонараздался резкий писк телефона, Марсон от неожиданности подпрыгнул в кресле. Он схватил трубку.
- Наконец-то! Кантен, куда вы пропали? Я не могу круглые сутки сидеть у телефона.
Сейчас трески из трубки были громче, чем когда-либо. Голос сыщика в них тонул почти полностью
- Я в жуткой глуши, мистер Марсон, зато не зря. Есть основания считать, что Кейт Уолкер сейчас тут - либо прямо в деревне, либо где-то поблизости. Её видели здесь сегодня, совсем недавно.
- Разыщите ее, Кантен, и доставьте обратно! Тащите силком, как хотите, только она должна быть здесь!..
Связь прервалась. Марсон чертыхнулся и встал из-за стола. Организм просил движения, после нескольких часов непрерывного ожидания. Скверно всё вышло. Он вышел из кабинета, оглушительно хлопнув дверью, чем окончательно перепугал секретаршу.

***

Чем глубже они заходили в лес, тем гуще и мрачней он становился. Деревья становились выше, а их ветви – поднимались все дальше, словно опасаясь жителей земли. Лес больше не присматривался к путникам – он уверенно давал о себе знать вскриками птиц, шелестом листьев, воем ветра, внезапными шорохами, которые заставляли вздрагивать. Даже юки больше не носился среди деревьев, а нехотя плелся у самых ног девушки, нервно оглядываясь по сторонам. Что уж и говорить про саму Кейт, которая успела себя трижды проклясть за то, что поленилась идти по берегу, и доверилась тропинке. Та, в свою очередь, петляла среди елей, холмов и сугробов, и совершенно не собиралась приводить ни к поезду, ни к концу леса, ни к ущелью, ни к чему-либо еще. Последней каплей спокойствия девушки стало появление волка. Волк оказался совсем не таким, как в мультиках или документальных фильмах о живой природе – большой, с красивой шелковистой шерстью. Напротив, грязный, костлявый, он плелся по снегу, периодически почесывая помятый бок. Казалось, до путников ему не было никакого дела – он отрешенно проковылял в нескольких метрах от них и скрылся за холмом. Юки еще долго не смел шевелиться после увиденного. Кейт его растолкала, хотя сама была в полнейшем шоке. Нет, лес – определенно не место для легких прогулок.
Лес словно внял ее просьбам. Буквально через десять минут он неожиданно расступился. Его разделило на две части ущелье, достаточно глубокое, чтобы переломать все кости, и достаточно широкое, чтобы уверенно отбросить возможность его перепрыгнуть. Почти отвесные стены простирались вниз на добрый десяток метров, и заканчивались быстрой рекой, обрамлённой камнями. Тропинка упиралась в огрызок подвесного моста. Самого моста уже давно не было, его остатки из веревок и ветхих досок беспомощно свисали с обрыва, издавая глухой стук о камни во время порывов ветра. Другими словам, здесь дороги не было.
Кейт развернулась, чтобы уходить, и заметила, как мелькнули, исчезая среди деревьев, задние лапы юки.
- Юки! Стой!
Куда там. Зверя и след простыл. Даже не пытаясь узнать причину паники, девушка бросилась за ним. Юки бежал в сторону, противоположную той, откуда они пришли. Он явно знал, что делает, и все, что требовалось от Кейт – успевать за ним.
Спустя минуту девушка увидела цель их бешеной гонки. Они приближались к опушке леса, где стоял огромный старый дом. Вероятно, это было жилище егеря. Собранный из грубых бревен, с маленькими окнами и крышей из нескольких пирамидообразных шпилей, он был больше похож на церковь. Вокруг дома были разбросаны бревна и доски, которые когда-то были забором. Судя по всему, дом не был жилой - снег вокруг него не убирался очень давно, и сугробы едва не доходили до окон, которые, в свою очередь, несли на себе непроглядный слой грязи.
Юки подбежал к двери и стал царапать её, требуя немедленно войти. Поколебавшись, Кейт все же открыла дверь и, пропустив животное, вошла внутрь, закрывшись за собой.
- Ты мне скажешь, что с тобой? Зачем мы здесь?
Что за вопрос, только и успела она подумать. Он же пес. Он ничего не скажет.
Юки торопливо изучал внутреннее убранство комнаты. Мебели было немного – ковер на полу, тяжелый стол со стульями сверху, диван, почему-то опрокинутое кресло. Одну из стен занимал совершенно невероятных размеров камин, закрытый тяжелой заслонкой и присыпанный дровами. Еще у одной стены был шкаф с обеденными принадлежностями и газовой плитой, и холодильник. Разумеется, все вышеописанное было щедро укрыто пылью, диван потемнел от сырости, а стол с плитой венчала гора немытой посуды. Девушка прошла через комнату, толкнула заднюю дверь и вышла на дощатый причал. Здесь текла река, та самая, которую они переходили по бревну. Лодок не было, зато лежали стопкой удочки. Осмотревшись, Кейт вернулась в дом.
- Юки! – девушка подошла к зверю. – Что мы здесь делаем?
Юки присел с краю ковра и прижался к полу. Он чего-то боялся.
Кейт только подошла, чтобы успокоить его, как вдруг в недрах куртки запищал уже порядком подзабытый телефон. Вынув телефон и взглянув на него, девушка совсем скисла – звонила мама.
- Привет, мама…
- Кейт, зайка… – раздался взволнованный голос мамы вперемешку с шумом - Я держусь на одной валерьянке. Ты еще долго собираешься колесить невесть где? Твой босс тебя обыскался.
Ну обыскался, ну а толку…
- Мам, я остаюсь здесь.
- Но киска, ты же не собираешься загубить свою блестящую карьеру!
- Я передумала, мам. Может человек передумать?
- Господи, Кейт! Ты совсем с ума сошла?! – в голосе послышалось раздражение.
- Не знаю. Наверное.
- Боже, Кейт…
- Пока, мам!
Кейт нажала кнопку и застыла посреди комнаты, продолжая сжимать телефон в руке. Конечно, это же мама, она беспокоится… за карьеру. Как будто это единственное, ради чего стоит возвращаться. И что значит – «босс обыскался»? У них хватило ума кого-то послать ей вдогонку? Нет, это абсурд. Теперь, после звонка, Кейт была на сто процентов уверена – в Нью-Йорк она не вернется. Её не ждет никто, кроме Марсона, но контора Марсона – последнее место на земле, куда ступит её нога. Сейчас её цель – Сиберия, к которой они с Гансом близки как никогда…
Ганс! Его же надо спасти!
Вконец закипев от возмущения, Кейт подошла к двери и рывком распахнула её. И тут же столкнулась с раскрытой медвежьей пастью. Прямо ей в лицо раздался оглушительный рёв.
О господи…
Медведь стоял на задних лапах и был выше её на голову, и сам был настолько огромен, что в его брюхо поместились бы и три Кейт. Почти машинально девушка отпрянула назад, захлопнула дверь и задвинула тяжелый засов. В этот момент в дверь ударила тяжёлая лапа. К счастью, засов был прочный. Кейт обернулась на юки – тот сидел, съёжившись, под столом. Теперь понятно, чего он так боялся.
Они затихли. За дверью слышался скрип снега. Похоже, медведь решил покараулить свою добычу. Быть съеденной в планы девушки никак не входило. Она осторожно выглянула в окно. Зверь ходил кругами по двору, не спуская глаз с двери.
Вот теперь стало по-настоящему страшно.

Читайте также

Последние новости