Наши любимые дети

В этом мире слишком много сложностей. И самый сложный вопрос - "кто я?". Я часто слышала о том, что в деревнях нет этого вопроса, потому что там все просто и понятно. Может быть, конечно, и так, но мне чаще думалось, что это потому, что там люди никогда не бывают собой - они просто делают то, что нужно. Но, как только у человека появляется свободная минутка, он начинает думать о том, кто он такой на самом деле. Иногда эти размышления причиняют боль.
Вот взять, к примеру, меня: у меня маленькое тоненькое тело, в которое запихнули слишком много мозгов. Женщине столько не нужно. У меня была слишком экзотическая биография, чтобы даже понять, каково это - просто быть человеком. Просто быть женщиной, которую любят, и которая любима. Слишком много странных встреч, странных людей, разнообразных сложностей. Наверное, когда из твоей биографии легко сделать роман, это не лучший комплимент человеческой истории.
История моей жизни... когда я влюбилась в Пауля - все было просто. С Александром - тоже. Они словно подбирались под кожу и жили там. И - думала я - раз уж им удалось это сделать, наверное, это значит, что я их люблю.
А вот чтобы полюбить себя, нужно из этой самой кожи вылезти и посмотреть на себя со стороны. А потом снова забраться себе под кожу - понравиться самому себе. Наверное, именно поэтому типы, которым это удалось, выглядят такими странными. Ведь насколько же извращенный мозг нужно иметь, чтобы любить себя самого. Я просто даже и не представляю.
Мое общение с госпожой Мелой позволило мне понравиться себе. Завести с собой отношения вроде приятельских. Но я не знаю, смогу ли я когда-нибудь полюбить себя. Да и вообще, нужно ли это мне. Ведь вполне вероятно, что я стану похоже на всех этих чокнутых ребят, которые занимаются йогой или же проводят по сто часов в месяц на групповой терапии.
Кстати, это удивительно, не правда ли, что я чуть не забыла продолжить свой рассказ про отношения, которые у меня продолжили складываться с Ксандром. Он был... не знаю. В тот момент, когда я прервала свой монолог о нем, он уже настолько прочно поселился в моей жизни, что у меня появилось ощщуение, будто он часть меня. Он стал больше, чем кто бы то ни было. Я любила его.

До сих пор не понимаю, как это меня занесло. Впрочем, когда мы познакомились, Ксандр еще не был до конца самим собой. По сути дела в момент встречи со мной он был ребенком. Наивным. Юным. Может быть, даже глупым. Как угодно можно это назвать. Если меня виконт с детства разве что ногами во взрослость не загонял, Ксандр был юношей трепетным и даже, вероятно, наивным. Но я тогда не знала, что наивность со времнем проходит и превращается... в разное. Иногда - в неприятное. Или даже в отвратительное. Есть множество разных испытаний. Болью. Страхом. А еще - любовью, нежностью, заботой, ответственностью, славой. И это - самые сложные испытания. Ведь они как ничто другое показывают, кто там - за маской. И большинство людей подобные испытания не выдерживают.
С Ксандром произошло именно так. Но тогда я еще не знала - я просто любила его. Просто радовалась ему. И разбиралась со своей головой.

Как ни удивительно, влюбленность дала мне столько сил, что у меня получалось все и сразу: я работала, училась, писала диссертацию, много думала о разном - и мне было интересно. Я жила так, как у меня не получалось раньше. Для меня это было удивительно.
Ксандр был со мной - он стал моим музом. В общем-то, это не удивительно - ему это нравилось. Ему казалось, что он попал в рай. Мне казалось, что я попала в рай, и мы оба еще не поняли, что представляем мы рай по-разному. Настолько по-разному, что вообще удивительно, что мы где-то совпали.
В представлении Ксандра рай означал "ничего не делай, спи сколько хочешь, трать сколько угодно денег и развлекайся". В моем понимании рай означал "работай легко и с удовольствием, будь с тем, кого любишь, пиши, думай, летай по миру". Ксандр и не подозревал, что рано или поздно я соотнесу расходы (как материальные, так и моральные) на его персону и сообщу ему о том, что... так дльше не может продолжаться. И не будет.
Но в тот момент мы еще жили в счастливом невежестве - я только начинала задавать себе вопросы о том, кто я есть.

Мы гуляли по улицам, целовались, занимались любовью - я была счастлива. Очень счастлива. А с его стороны я не видела ничего, только зеркало - ничего кроме зеркала. Не потому, что у него не было души. Потому, что в его душе ничего не было. Я стала для него воплотителем его фантазий. А к хорошему, как известно, быстро привыкаешь.
Но все это было только началом. Началом настоящего кошмара.

Читайте также

Последние новости