Наши любимые дети

Серьезные успехи в реализации т.н. либеральной идеи и печально знаменитый “Уотергейт” позволили каждому американцу почувствовать значительное ослабление всемогущей машины государственного контроля, еще недавно планомерно сжимавшей удавку на его шее в пылу священной борьбы с “ведьмами” коммунизма. Но ослабление дало не только и не столько положительный эффект, ощущение свободы спряглось с чувством вседозволенности, а зачастую и – безнаказанности. Так 70-е годы в Америке стали своего рода декадой “пройдох и шарлатанов”. Великое множество самых разнообразных афер, заговоров и прочих “разводок” получило в то время путевку в жизнь. Одним из наиболее важных и по сей день плодов той “свободы” и сопутствующей ей жажды разрушения основных оплотов консерватизма (религии в особенности) нужно признать расцвет разнообразных нетрадиционных религий и сектантства.

Собственно, засилье околорелигиозных новообразований сектантского типа, спровоцированные ими скандалы и трагедии на почве массовых психозов, ритуальных, серийных и массовых убийств послужили основными источниками вдохновения для талантливого выходца из нью-йоркской еврейской общины Ларри Коэна в создании его второго полнометражного и наиболее почитаемого, культового и остросоциального кинополотна “По божьему велению...”.

События картины разворачиваются вокруг цепи загадочных массовых убийств, беспричинно совершенных самыми обычными людьми. Мужчина, взобравшись на водонапорную башню, открыл огонь из снайперской винтовки по толпе прохожих; отец благополучного семейства вырезал домочадцев за обеденной трапезой; образцовый коп расстрелял праздничную демонстрацию своих коллег – все они утверждали, что … Господь повелел им сделать это. Кажется, происходящее понимает лишь один человек – офицер полиции Ло Бьянко, для которого расследование начиналось как попытка бегства от стоящего перед ним, ревностным католиком, сложного морального и сердечного выбора между законной женой и любовницей. Он обнаруживает связь между таинственным образом “Бога”, якобы руководившим убийцами, и мрачными видениями преследующими его с раннего детства. И когда в финале картины Питеру придется самому встретиться с “Богом”, долгожданная правда о мотивах страшных убийств отойдет на второй план перед гораздо более страшной правдой о нем самом.

Страшный, оригинальный и чрезвычайно мрачный натуралистичный триллер, он в свое время в течении нескольких лет неоднократно под разными названиями всплывал на экранах драйв-инов по всей Америке и очень часто по свидетельствам очевидцев встречался откровенно враждебно. Значительно враждебнее, чем должен бы встречаться чрезмерно кровавый и мрачный триллер, или же просто очень плохой, безвкусный фильм - публика буквально ненавидела его. Зритель противился не качеству картины, а нелицеприятному мессиджу содержащемуся в ней. Коэн жестко ставит хотя и не новую, но сверхактуальную в 70-е проблему суггестивности массового сознания, акцентирует внимание на той удивительной легкости с которой мышлением и поведением среднего американца можно манипулировать. Увязшая глубоко в архетипах, эксплицитная проблема в те неблагополучные годы острыми краями протеста впивалась в мягкие стенки монументальной всеамериканской социальной парадигмы, и панический, иррациональный страх зрителя перед внутренней констатацией сей проблемы - лишнее тому доказательство. “Ненависть Калибана, увидевшего свое отражение в зеркале”, - сказал бы Оскар Уайльд...

С технической стороны в фильме трудно найти какие-либо изъяны – и это без каких-либо скидок на низкий бюджет. Собственно, жесткая финансовая политика студии в отношении съемочной группы заметна лишь в немногочисленных крупных планах обезображенных жертв кровавой вакханалии – да и то лишь при повторном просмотре – мастерская режиссура вкупе с адекватной и ненавящивой операторской работой благоразумно не позволяет отвлечься на халтуру гримеров.
Остальное наследие низкобюджетности, поплатившись миллионами растраченных в холостую нервных клеток (и очевидно не без божественного вмешательства ), съемочная группа умудрилась оставить за кадром – о чем Коэн сегодня не без гордости рассказывает в каждом интервью. Так, изначально утвержденного на главную роль благодаря мощному продюсерскому лобби Роберта Форстера (он будучи “почти звездой” позиционировался как главная коммерческая надежда проекта) со скандалом выгнали через считанные дни после начала съемок за решительное нежелание хоть сколько-нибудь вжиться в образ. Последней каплей стал отказ строптивого актера перестать жевать жвачку во время драматичекой сцены исповеди его героя (ревностного католика, если кто уже забыл) в церкви. Надо полагать, пришедший на смену зазнавшейся “звезде”, малоизвестный Тони Ло Бьянко в дальнейшем не дал повода Коэну и компании усомниться в правильности принятого решения – его исполнение просто безупречно, а на массовый успех никто особо и не рассчитывал.

Под стать Ло Бьянко и работа Энди Кауфмана. Будущий комедийный суперстар, а в то время – начинающий актер, хотя и появился лишь в небольшой роли полицейского-убийцы, отметился редким проявлением самопожертвования. Так получилось, что съемки основных сцен эпизода “бойня на параде” пришлось проводить во время настоящего парада полицейских в честь дня Святого Патрика без предварительного согласования с муниципалитетом Нью-Йорка, и Коэн под свою ответственность отправил Кауфмана с тремя операторами в гущу огромной вооруженной толпы реальных копов, где тому пришлось с перекошенной физиономией размахивать бутафорским стволом. Нетрудно догадаться, что на несколько дублей им рассчитывать не приходилось...

Смотреть “God told me to ...”, на мой взгляд, просто необходимо – не так часто встречаются фильмы одновременно высококлассные с технической точки зрения, чрезвычайно насыщенные интеллектуально и столь грамотно проблемноориентированные. Хотя, наверняка, круг тех, что оценят труды Лари Коэна будет отнюдь не широк (это ведь удел большинства хороших картин, правда?:)), еще меньшее количество зрителей оценит в кульминации картины его шикарный реверанс собственному телехиту 60-х “the Invaders”, а кое-кто и сегодня подобно тем достопочтенным “американцам на колесах” пропитается к картине праведным гневом.

Читайте также

Последние новости