Наши любимые дети

Свой день рождения я ознаменовала посадкой липовой аллеи.
На эту идею меня натолкнула Лера, когда мы ехали по весенней лесной дороге и рассматривали растительность. Периодически из лесного массива выделялись то цветущая сирень, то вековые липы, выстроенные в ряд.
- Вот так же будет кто-то гулять по лесу через много лет и наткнется на остатки моего сада,- мечтательно произнесла Лера.
И я поняла - пора сажать в Брунишево липовую аллею! Яблони с вишнями живут недолго, а вот липы...
Конечно, может случится и так, что кто-то через много лет будет ворчать:-"Понасажали тут лип, пахотных земель и так не хватает, а вырубить жалко".
Ну и ладно, ну и пусть поворчат, все равно посажу.
Выкапывая саженцы, увлеклась поеданием сладких липовых почек. Еле удержалась, чтобы не куснуть парочку, пока несла молодые липки для посадки.
Посадила и совершила первую прогулку вдоль будущей аллеи. И еще одну и еще...
Не скосили бы их только летом любители сочного брунишевского сена.
Сели за скромный праздничный ужин.
- Хм..овечка,- сказал Олег, глядя в окно.
Глюк, что-ли, откуда здесь овечка? Выглянула - и точно! Овечка! Бредет задумчиво вдоль ручья прямо в сторону Латвии. Маленькая, беленькая, кругленькая, пушистая. Хорошая добыча для бравых латвийских собак. Видела их однажды, бежали бодро сплоченной группой, деловито высматривая, чем поживиться. Контрабандисты просто какие-то. И ходят себе, где хотят, без паспортов.
А овечка-то Корнильевны, наверное, поблизости только у нее овечки.
Вспомнила, как бедная Корнильевна вызволяла своего коня, перешедшего границу.
Целая история была! С двух сторон подъехали два начальника заставы - наш и латвийский. Составили акт передачи, попугали бабулю а потом пошутили: - "Эх, бабка, жаль тебе не тридцать лет, не отделалась бы так просто."
Да, овечку надо срочно спасать!
Поймали, взяли на руки и понесли, попеременно меняясь. Хоть и маленькая, а тяжелая оказалась.
- Ах! Убежала! А я и не заметила! - воскликнула Корнильевна. Долго благодарила и одарила нас десятком свежих яиц.
К тосту за день рождения прибавился тост за овечку.
На следующий день пошла я прогуляться по своей любимой тенистой аллее вдоль ручья.
И что я вижу! Опять она, овечка! Лежит, изможденная, поджав ножки, у самой воды.
Убегать у нее уже не было сил, только и смогла в воду зайти, наивная. Ноги в иле, как теперь ее, грязную, нести.Ничего не поделать, взяла я ее и понесла.
Овека, томно прикрыв глаза, склонила голову к моему плечу, прямо перед моим лицом колыхался жирненький животик, грязные ножки расслабленно болтались. И весь ее вид как бы говорил: "Ах, спасайте меня, спасайте!"
Руки отвалились, пока несла. Метров 800 как- никак пришлось преодолеть.
- Опять убежала, надо же, - похоже, хозяйка уже начинает привыкать к овечкиным путешествиям.- А где ж она ножки-то так запачкала?
- Звиняйте, не помыла,- развела я руками. И снова была награждена десятком яиц.
Больше овечка не убегала. Поняла, наверное, что не буду ее уже носить, а просто закрою в сарае и позвоню хозяйке. Телепатка.

Читайте также

Последние новости