Наши любимые дети

Начнем с того, что я хочу, чтобы вы представили. Не читали сухой текст, чтобы перемолоть или не перемолоть потом в шестеренках мозга, а представляли все, что вы читаете, как будто серию картин или старенький красивый фильм. И чтобы не просто текст, а человек был, который волнуется и шагает туда и обратно, и жестикулирует руками и всячески шевелит лицом, как будто рассказывает близкую ему историю. Если я явно не пишу эмоции, просто постарайтесь плыть по течению и воображать, как это можно сыграть вживую. И сейчас этот человек впоросительно смотрит немного исподлобья и показывает двумя указательными пальцами на вас.

Представили ? Тогда я начну. *убирает пальцы и начинает расхаживать туда-обратно* Это история с хорошим концом, я вас уверяю, честно-честно. Значит, представьте : есть типичная киношная пастораль - холм, на холме большой просторный дом. Нет. *остановился. Продолжил* Не-не-не, даже не дом, а особняк. Старый такой... забытый, но в хорошем состоянии. И вот в нем не горит ни одного окошка. *с рассуждающим видом* Ааааа рядом с особняком есть небольшая хижинка, из тех, в каких живут садовники. И, значит, *сглотнул* в хижинке живет старик. Старик, естественно, старый, какой еще может быть старик ? И он хромой и ходит с палочкой. *отрицающе* Только это не такая хрупкая и тонкая палочка, *остановился, посмотрел на публику* это самая настоящая добротная трость ! Которой можно убить. Вот такая добротная была трость. *продолжил* Вот. И, значит, старик этот как бы живет при доме, нооо давно уже там никого не видел, да и, если честно, нет ему особого дела. И вот если бы кто пришел и сказал : *уверенно* "Я хозяин", он бы лишь отетил : "Хозяин ? Хозяин так хозяин, живи, ради бога. Вот ключи, тут у нас гостиная, тут у нас спальня, а тут, простите, туалеты. По утрам только сильно не шумите и старайтесь убирать за собой". Ну, вот не было ему особого дела. Никаких "А вы кто?" и "А вы зачем?", да "По какому праву?". Хороший был старик. Ииии, значит, заметил он в одну ночь, *пауза* что в доме кто-то есть и даже весело проводит время : играет музыку, светит окошками, *пренебрежительно* всякое такое. Значит, взял старик лампу, да пошел расследовать, кто там и почему, и почему за ключами не зашел. *делая шаг за шагом, отображая действия* Подошел к дому, отпер главную дверь, взял лампу и вошел внутрь. Смотрит - внутри везде горит свет : подсвечники, лампы, абажуры, в общем, везде. Прислушался. "Агааа", говорит, "на втором этаже, значится". И начал подниматься по лестнице. *пазуа. останавливается, выпрямляется, руки согнуты с выпрямленными вверх указательными пальцами, которыми двигает по ходу речи* И тут старик замечает, что с каждым шагом, что он делает по лестнице, он становится моложе и моложе, и звук музыки все четче звучит у него в голове. И прекрасной, к слову, музыки. Такой, что заставляет двигать и двигаться, и даже передвигаться. *передохнув и вдохнув* Великолепная музыка. Значит, поднимается старик наверх и определенно чувствует себя уже не на семьдесят, а на шестьдесят, потом на пятьдесят, потом на сорок и так далее. Двадцатилетним парнем закончил свой подъем старик, нннеслабо так помолодел. И, значит, смотрит он в дверь, за которой играет музыка и слышны голоса... ну, за которой, в общем, все веселье и творится. И боится притронуться, потому что мало ли что там, за дверью, да и вообще. Рассуждает старик : "Может, спуститься обратно, жить да поживать, да и умереть в один день". Рассуждает туда, потом обратно, потом опять туда, потом опять обратно. Туда-обратно рассуждает старик. И все тянет руку к ручке. И тут... *вскидывает палец*

*гаснет свет, абсолютная темнота, голос спокойно продолжает в темноте*

Гаснет свет. И вместе со светом пропадают все сброшенные стариком годы и становится он снова старым, и так же тяжело опирается на свою добротную трость. Дверь, перед которой остановился старик, начинает медленно *пауза* открываться. *постепенно освещается лицо говорящего, но только лицо, как будто от свечи. Громким шепотом, с полу-удивленным лицом*. И видит старик, что посреди комнаты в кресле сидит красивый молодой мужчина в замечательной итальянской одежде и читает книгу, а рядом с ним стоит свеча и освещает только его и кресло, и ничего вокруг. *гулким голосом* "Ты стоишь и гадаешь, кто я и что ты только что наблюдал. Сказать тебе ? *пауза* Это была твоя молодость. И ты мог ее вернуть, нужно было лишь толкнуть дверь и присоединиться, и тогда люди, эти люди, остались бы здесь и все продолжилось, и ты остался бы таким же молодым". *обычным голосом* Он рассмеялся. Потом посмотрел на испуганного старика, закончил : "Не нужно бояться быть молодым" ииии... исчез. *хлопок в ладоши, возвращается обычный свет* Свет от лампы вернулся, а старик так и остался стоять на пороге, с ужасом понимая упущенное. *досадливо почесал в затылке* Он... понимаете, он потом... *собирается с силами, говорит прерывисто* ну, не то, чтобы помешался, но изменился. Сильно изменился. Он сел в этой комнате и стал плакать, а потом, когда устал, просто сидел и смотрел туда, где было кресло, и мужчина, и книга, которую он читал. А потом он спал и просыпался, и вновь смотрел, и вновь плакал, и... изменился старик, сильно. *какое-то время просто неприятно-задумчиво ходит туда-обратно, мнет лицо так, что слышится шорох щетины, останавливается, потирает шею, смотрит куда-то вдаль* Но знаете, что в этой истории самое интересное ? И что дает ей такой хороший конец ? *пазуа, переводит взгляд на вас. Громким шепотом* Старик потом снова изменился. *активно расхаживает* Да. Он взял свою лампу и от нее зажег все светильники, что были в доме. Там сразу же стало так светло, как не было десятками лет. Он достал с пояса большую связку ключей и пошел открывать двери по всему дому, что-то приговаривая. И, вот, он уверенно ходил по дому, туда и обратно, из комнаты в комнату. *быстро махнул рукой в одну сторону* Он счищал пыль с полок и книг, *махнул другой рукой в другую* он содрал покрывала со старых кресел, *махнул обоими руками вверх* он раздвинул шторы и открыл окна, и... *останавливается, спокойно, признающе* и, вы знаете, он пошел танцевать. И танцевал он так долго-долго, и все время что-то говорил, этот старик. *задумчиво прикрыв рот руками, приподняв брови, смотрит на вас* А знаете что он говорил ? *усмехнувшись, убирая руки*. Сойдя с ума и вернувшись обратно, он понял одну простую истину. Всего одну. Но которой ему не хватало. Он танцевал и говорил : "Слушай меня, старый черт. Я знаю, я знаю, что это было неспроста и что мой приют тебе понравился. Я теперь знаю, что я, именно я тут хозяин. И я теперь знаю, что ты обязательно вернешься и поверь - в следующий раз *пауза* я не упущу тебя !" и смеялся. И ему казалось, что в отдаленных уголках дома он слышит не свой, но смех. *покачав головой* Довольный смех.

*долгая пауза, стоит, засунув руки в карманы, смотрит в пол*

Я говорил, что эта история с хорошим концом, *уклончиво* хотя, если честно, конца я и сам не знаю, а молодой двадцатилетний парень, который мне все это рассказывал, казалось, и сам не верил своим словам, но он говорил так, словно эта сказка была близка ему, как никакая другая, и поэтому, когда он меня уверял, что все закончилось хорошо, я ему действительно верил. Мы с ним выпили по три пальца виски и разошлись. *усмехнувшись, смотрит на вас, поднимает взгляд, голову* Но знаете, что было самое интересное ? Он забыл свою трость. Самую настоящую, толстую добротную трость. И я ее с тех пор храню у себя дома. И действительно верю, что все закончилось хорошо.

*уходит*

Читайте также

Последние новости