Наши любимые дети

Вот так мучительно и трудно, для меня и моих родных, свернулся очередной пласт времени. И теперь мои бабушка и дедушка стали моей личной историей.

Никогда жизнь не казалась мне вечностью. Еще с малых лет, я понимала, что придет время, когда нужно будет отпустить все и всех, но одно дело знать, а другое – сделать это.
В семье моей не были приняты, что называется «телячьи нежности» может быть, именно, поэтому я выросла эдакой «холодной» и рассудительной девушкой. Весь мир, принадлежащий мне, когда я жила с родителями, вдруг замкнулся в четыре стены, в тот день, когда я стала жить у бабушки. Точнее сказать, с бабушкой и дедушкой.
Это был особый мир. Мир еще одной разновидности любви, очень хорошо описанный в книге П. Санаева «Похороните меня за плинтусом». И бабушку мою, по странному стечению обстоятельств, тоже звали Нина. Только дочери у нее было две. Кому из них повезло больше, той, которая уехала сразу после восьмого класса, или той, которая покинула родимый дом, когда вышла замуж, я не знаю. Но что я знаю наверняка, это то, что они обе любили ее. Любили и боялись.
Дедушка мой, так никогда и не научился ни читать, ни писать. Но это нисколько не мешало ему собирать сложные механизмы, чинить мопед, делать мебель, выкопать единственный на весь дачный поселок колодец и спорить о политике, с таким азартом, что лицо его, становилось багровым, от усилия доказать свою правоту собеседнику. У дедушки было потрясающее чувство юмора! Как, впрочем, и у бабушки. То, как они подшучивали друг над другом, можно было бы издать отдельной книгой.
Бабушка, наверное, за месяц до своей смерти, рассказала мне свою историю. Это был трудный путь человека, человека, который все что получил от жизни, получил своим трудом. Человека, который жил, зная, что и после ее смерти жизнь будет продолжаться. Человека, который хотел оставить после себя хоть что-то, что-нибудь, что облегчит жизнь другим. Ей было страшно, очень страшно умереть… Но теперь… Теперь она умерла.
Дедушка, наверное, просто не знал, как можно научиться жить без нее. Похоже, что он просто устал: устал жить, устал испытывать бесконечную физическую боль, устал понимать, что он уже никогда не сможет ходить… Это случилось через 53 дня после смерти бабушки. Улыбка была на его лице, когда он отправлялся в последний путь земной.
Оба, и бабушка, и дедушка, покинули этот мир утром, когда жизнь только заявляет всему миру свои права.
Незадолго до своей смерти, дедушка позвал маму: «Леночка. Ты занята?» Казалось бы, ничего особенного, только в этот момент, я увидела, как у мамы на глаза наворачиваются слезы. Леночка… За всю жизнь ее так ни разу не называли.
Так все и уходит… Уходит, приходит что-то новое, что-то важное или не очень важное. Все куда-то бежит, останавливается, ненадолго задумывается и опять спешит, спешит, чтобы успеть, или потому, что уже не может не спешить. Только не всегда в этой спешке можно увидеть то, что действительно важно. И порой нашим самым близким так не хватает нашего внимания, теплоты, добрых слов… А ведь, именно, близкие родные люди, могут не дать нам шанса исправить все.
Пишите все на чистовик, не пользуйтесь черновиками. Жизнь имеет свойство менять свои формы.

Читайте также

Последние новости