Наши любимые дети

Cудьба Японии после постигшей ее катастрофы становится тестом на прочность всего человечества. От того, как Япония с помощью мирового сообщества справится с катаклизмом гигантской и пока до конца непредсказуемой разрушительной силы, от того, каковы будут его ядерные, экономические, ментальные последствия, во многом зависит наше знание о реальных возможностях человечества.

Япония не только страна, очень своеобразно окрашенная цивилизационно. Это еще и один из пионеров технологического прогресса, а также государство, показавшее, как можно бурно развиваться, совмещая древние традиции и современное технократическое мышление. В некотором смысле именно на примере Японии, где еще совсем недавно, по меркам истории, каких-то полтора века назад, местному населению было категорически запрещено общаться с иностранцами, где царил изоляционистский уклад жизни, мы вообще могли судить о реальности человеческого прогресса.

Разумеется, нет разницы в степени трагичности внезапных, вызванных природной стихией, человеческих потерь, независимо от того, случаются ли они в Японии или на Гаити. Но Гаити страна, где уровень и цена человеческой жизни критически низки и без природных катаклизмов. Жить, как гаитяне, точно не является пределом мечтаний мыслящих людей на всей планете. Гаити и в своем обычном, бескатастрофном состоянии является примером деградации, выпадения государства из цивилизационного потока. Япония, напротив, «передовой отряд человечества». Одна из немногих стран, воплотивших черты некоего абстрактного идеала, к которому стремятся сообщества людей (и может быть, в меньшей степени, отдельные люди). Теперь мы будем видеть крах или наоборот жизнеспособность этого идеала, этого промежуточного пика развития человечества.

Сейчас, в разгар катастрофы, когда еще непредсказуемы возможные последствия ее атомной составляющей, мы естественно наблюдаем, надеюсь, временную варваризацию жизни в Японии. Никто из нас, оказавшись в условиях в одночасье разрушенной привычной инфраструктуры, дефицита воды, пищи и электричества, не вел бы себя иначе. То же самое можно было наблюдать в смытом ураганом Новом Орлеане, когда респектабельные банковские клерки как дикие звери дрались за каждый кусок хлеба и глоток воды. Более того, Япония, насколько можно судить по доходящим оттуда свидетельствам очевидцев, являет собой потрясающий пример мужества и организованности людей перед лицом внезапно обрушившегося на них общенационального кошмара. В стране практически нет мародерства, людей быстро и организованно эвакуировали из зон радиационного заражения.

Прежние разрушительные землетрясения, которых в Японии происходило немало, не вызывали таких последствий еще и потому, что тогда отсутствовали или не были затронуты такие опасные объекты, как атомные электростанции. В этом смысле нынешняя трагедия выглядит как расплата за технологическое развитие.

Если Япония сумеет относительно быстро и безболезненно восстановить разрушенные населенные пункты, не допустит у себя повторения Чернобыля, можно говорить и о шансах всего человечества на выживание и адаптацию к непредсказуемым или предсказанным глобальным потрясениям.

Человечество на протяжении последних тысячелетий постоянно расширяло свои технологические возможности, наращивало давление на природу. При этом рост человечности очевидно отставал от технологического. Технологии не сделали людей добрее, хотя продлили им жизнь. И вот теперь мы видим, как технологический прогресс, наличие оружия невиданной разрушительной силы, изощренные экономические схемы наталкиваются на природные или психологические препятствия, способные в миг перечеркнуть достижения десятилетий, если не веков. Мировой экономический кризис 2008 года вызвал волну апокалипсических прогнозов, однако относительно быстрое восстановление рынков после того, как правительства ведущих стран согласованно накачали их срочно напечатанными деньгами, вновь погрузило человеческую цивилизацию в относительно благостное состояние. Между тем и этот кризис, и новая террористическая эра, отсчет которой мы условно ведем с 11 сентября 2001 года, и природные катастрофы, приводящие к техногенным — черты общецивилизационного тупика. Он не экономический и техногенный, он ментальный.

Теракты, экономические коллапсы, техногенные аварии — не приобретения последних десятилетий. Но сложность и опасность объектов, порожденных внешним, научно-техническим прогрессом человечества при отсутствии прогресса внутреннего, улучшения природы самого человека, истощение природных ресурсов, накопление гор оружия массового уничтожения сделали людей заложниками нынешней траектории развития.

Многовековые попытки человека покорить природу или обмануть ее, успехом не увенчались. Природа по-прежнему сильнее нас. И человечество гарантированно сделает себе харакири, если не научится солидарными усилиями (конечно, пока, на фоне культурного, религиозного, политического раздрая в мире это звучит утопично) сожительствовать с природой, создавать более гармоничные технологические и социальные системы.

Природная стихия одним своим ударом способна отбросить даже самую развитую страну в каменный век. Понимание этого должно помочь человечеству отбросить высокомерие и гордыню, приспосабливаясь к миру, развиваясь деликатно и ценя каждую человеческую жизнь.

Семен Новопрудский —
Ответственный секретарь газеты «Московские новости»
http://news.rambler.ru/9336804/

Также по теме: ре-освоение Сибири http://news.rambler.ru/9341806/

Читайте также

Последние новости