Наши любимые дети

Это "некое количество печатных знаков" как попытка зафиксировать яркие события моей молодости, которые повлияли на бОльшую часть последующей профессиональной и прочей жизни... Как-то, когда мне было лет 15, я услышал от папы такую фразу: «Вот если бы ты выучил в совершенстве иностранный язык, я бы тобой гордился…» Мне очень хотелось, чтобы папа мною гордился. Потому что, скажем так, или у него действительно не было повода мною гордиться, или ему некогда было мною гордиться, или он делал вид, что не может мною гордиться… В общем, где-то так.

Я "зрел" несколько лет…

Имея за плечами опыт изучения французского языка в средней школе и десяток слов словарного запаса, я решил пойти на курсы французского. В Киеве на то время (а это был 1982 год) работали трехгодичные Первые государственные городские курсы и Вторые – на улице Горького. Я попал на вторые. Сначала мы отучились год у какого-то дядечки, бывшего военного переводчика, сейчас даже не вспомню его фамилии. Затем попали к Наталье Евгеньевне Рушковской (кто-то из ее родственников, кажется, по сей день играет в театре Леси Украинки). С ней нам было гораздо веселее, потому что она действительно была отличный преподаватель, добрый, веселый, доброжелательный человек. Ученики к ней тянулись. В общем, мы славно отучились еще два года, чему-то научились в какой-то степени… Экзамен я сдал благополучно на «четыре». Проучился потом дополнительно еще один год (потому что нас, напомню, тянуло к Наталье Евгеньевне… :) Был не самым лучшим в группе, но моей сильной стороной можно назвать то, что я никогда не стеснялся говорить, притом, что делал тогда, наверное, миллион ошибок.

Насколько я понял потом, это самое главное в изучении любого иностранного языка. Много раз я наблюдал, как клинило отличниц, как они судорожно пытались найти, например, правильную форму глагола, теряли время, а в итоге их собеседнику уже было не интересно то, что они пытались сказать. А я говорил ужасно, но совершенно без комплексов, вспоминая правила через раз, не спрягая, но активно пользовался языком как инструментом общения. Потом (в начале своей поездки во Францию) я слышал от французов: «Ты говоришь, как «маленький африканец».

Небольшой прыжок в будущее: когда я приехал во Францию, я понимал, наверное, только половину из того, что говорили французы, а говорить вообще не мог ничего, кроме отдельных слов, как, например, «да» или «нет». Но это длилось, правда, недолго. Через неделю, окунувшись в языковое море, я начал говорить довольно быстро, а к концу второго моего срока пребывания в стране я словил себя на том, что во снах я разговариваю на французском. И с поляками, работающими во Франции, мне удобнее было говорить на французском, а не на украинском или русском языках.

Читайте также

Последние новости