Наши любимые дети

Я проснулся от незнакомой негромкой трели мобильного. Совсем не двигаясь, приоткрыл глаза – утро выдалось пасмурным и хмурым. Через узкую щелочку почти закрытых глаз я прекрасно видел ее – как она нехотя потянулась к трубке и машинально отключила будильник. Несколько секунд она лежала, открыв глаза, совершенно и окончательно просыпаясь. Наконец, она еле слышно поднялась, бросив беглый взгляд на меня, - мое глубокое дыхание обмануло ее, выдав меня спящим. Исходящий от ее движения поток воздуха вновь, как и вчера вечером, накрыл меня волной цветочно-травяного запаха, источаемого ее прекрасной ухоженной кожей. Удивительно, что ночь нисколько не изменила ее внешности. Природная красота ее изящных форм, нежная белая кожа, практически полное отсутствие косметики, ощущение молодости в движениях как бы нарочно подчеркивали ее свежесть и очарование на фоне этого совсем не по-весеннему начинающегося утра. Легким привычным движением руки она собрала свои длинные светло-русые волосы, которые двумя минутами ранее были хаотично разбросаны по подушке, и казались абсолютно неподдающимися. Теперь мой взгляд был прикован к ее лицу – тонкому, выразительному со светлыми голубыми глазами и нехарактерным для природной блондинки прямым, острым, но в силу своей аккуратности, очаровательным носиком. Я удивился, насколько быстро и без усилий ее лицо избавилось от следов сна. Мое наблюдение ее прекрасного лика, впрочем, было недолгим – после минутной неподвижности пробуждения – она неторопливо и бесшумно стала одеваться. Несмотря на простоту ее одежды в ней прослеживался определенный стиль, которому вечером просто не придал значения. Но утро, как ни странно, притягивало внимание к деталям – к ее белью неяркого зеленого цвета, ее голубым стильным, почти совсем новым джинсам, ее прозрачной практически ничего не скрывающей маечке с глубоким вырезом, ее открытой короткой зеленой кофточке – завершающей ее нехитрый, но обращающий на себя внимание гардероб. Ненадолго она присела на постель, достав из сумочки замысловатые женские штучки, чтобы поправить макияж. Еще минута – и она ускользает из видимости, а через мгновение щелчок двери прощается со мной красноречивее всяких слов. Я вдыхаю поглубже остатки цветочно-травяного запаха, пытаясь продлить очарование момента и, наслаждаясь, сохранить в памяти неповторимый обворожительный образ, той, что исчезла в легком весеннем тумане пасмурного московского утра...

Читайте также

Последние новости