Наши любимые дети

Первые детские воспоминания всегда фрагментарны. Кухонный стол, ощущение огромной высоты, когда отец брал на руки, запахи…
Запахи – самые яркие воспоминания моего детства. Этот совершенно потрясающий запах специй, который доносился из щели кухонной тумбочки. Открыть ее дверцы у меня не хватало сил и сообразительности: мама наматывала на ручки белую резинку, которая напрочь перекрывала доступ к самым интересным объектам, в том числе и к волшебному лакированному секретеру, которому еще предстояло сыграть в моей жизни важную роль. Но об этом в другой раз.
   
Мне кажется, раньше дети гораздо быстрее достигали возраста, когда их могли оставить одних дома. Во всяком случае, когда это произошло впервые, мне было года четыре. И этот день я помню очень хорошо. Это был выходной день, я проснулся от шума в прихожей. Мама вернулась с рынка. «Пришла с базара» - именно так говорили у нас тогда. Слово «рынок» не использовалось в принципе. И, уже раскладывая принесенные продукты по полкам холодильника, мама вслух ругала себя за то, что забыла купить сыр.
- САшик ( с ударением на первый слог), побудешь один, пока я сбегаю туда-обратно? Ты же взрослый сын, да?
Почувствовав всю ответственность момента, я заложил руки за спину и медленно, по-взрослому, кивнул головой.
- Я быстро. Даже дверь закрывать не буду, - сказала мама и стремительно удалилась.
Переполненный гордостью и самостоятельностью, я медленно прошелся по коридору. Один. Взрослый. Значит, можно то, что нельзя маленькому. С чего начать? Ага, кухонная тумбочка с резинкой! То, что дверцы открылись легко, я не удивился. О том, что мама, видимо, забыла перекрыть туда доступ, выкладывая продукты, я даже не думал. Раз взрослый, значит, можно.
Внутренне устройство тумбочки меня разочаровало. Какие-то безликие серые пакеты, коробочки. Единственным ярким пятном был улыбающийся карапуз на коробке с детской смесью «Малыш». Я был озадачен несоответствием чарующего запаха, который доносился из щели и тем, что я увидел. Требовалось немедленно установить, что же так пахло… Первый газетный кулечек, который я взял в руки, был довольно плотно свернут, и мне потребовалось приложить максимум смекалки, чтобы его вскрыть, не порвав газету. Усилия того стоили: ярко оранжевое содержимое было прекрасно. Я закрыл глаза, опустил в него нос и с предвкушением вдохнул полной грудью.
Довольно часто, особенно в приключенческих произведениях, авторы используют выражение: « В его голове как будто разорвалась бомба». Всякий раз, когда я встречаю этот штамп, я всегда вспоминаю тот самый день. Поверьте, я очень хорошо знаю, что это такое. Хотите тоже почувствовать непередаваемые ощущения? Втяните в обе ноздри молотый красный перец. Взрыв в голове я вам гарантирую.
Я не сразу бросил коварный кулек. Понимая, что произошло что-то страшное, я истерически размахивал им, рассыпая перец по всей кухне. Положение усугубилось, когда я все же бросил его на пол и начал тереть руками глаза. Уже теряя способность видеть, я как маленькая торпеда ринулся к окну. Подоконник едва доходил мне до головы. Как я оказался на нем, я не могу понять до сих пор. Как и не могу понять, почему стекла окна, в которые я молотил изо всех сил не разлетелись вдребезги. Картина неистово бьющегося в окне маленького мальчика, который издавал совершенно несвойственные его возрасту звуки, похожие на визг свиньи, которая внезапно поняла, что её сейчас будут резать, привлекла много прохожих. И мама, которая возвращалась со злополучным сыром почуяла неладное метров за сто.

Дальше все в тумане: холодная вода, слезы мамы, испуганные соседи… Всё это уже не вспоминается так ярко и отчетливо.
P.S.
Корица. Молотая корица. Именно ее запах сводил меня с ума. Пакетик с ней стоял рядом с красным перцем. Но об этом я узнал спустя несколько лет.

Читайте также

Последние новости