Наши любимые дети

Публикую письмо благотворительного Фонда "Нижегородский". Здесь впечатления сотрудников фонда, посетивших погорельцев в Выксе. Как ведут себя власти, как порой ведут себя погорельцы - читать горько...

Об этом не говорят!

     10 августа Благотворительный фонд «Нижегородский» побывал в Выксунском районе Нижегородской области - районе, который пострадал больше всего от испепеляющей огненной стихии, дабы своими собственными глазами убедиться в том, о чём вещают нам «голубые» экраны, страницы газет, радио и информационные ленты. Мы хотели узнать из первоисточника, как на самом деле обстоят дела у людей, потерявших всё.

     Были в 3-х населённых пунктах: Барковка, Тамболес и Шиморское. Также заехали в места  эвакуации: пансионат Лазурный и санаторий Выксунского Металлургического Завода.

     Волонтёры фонда своими глазами увидели, какой ад пережили жители сгоревших до тла деревень и сёл.

     Пообщавшись с людьми, стало ясно, что не всё так хорошо и гладко, как нам преподносят СМИ и органы власти. Несомненно, последние работают. Дело в другом - не надо выдавать желаемое за действительное. СМИ освещают, что делают власти, сколько груза и кто привёз. Только малая часть рассказывает о реальных судьбах погорельцев и что им пришлось испытать.

     Вот только некоторые факты, о которых рассказали нам люди, испытавшие на себе все беды и невзгоды, прошедшие не только через огненный ад, но и побывавшие в эпицентре информационщиков и властей.

          На посёлок Шиморское огонь шёл с 4-х сторон. Батюшка Геннадий – настоятель местной церквушки лично бил в набат, когда начался пожар. Первый день был самым сложным: отключили электроэнергию, не стало воды. Люди собирались около церкви, брали халаты, фуфайки и шли в огонь. Женщины и дети в этот момент молились в церкви. И огонь повернул в другую сторону. Только с Божьей помощью удалось спасти посёлок. Потому что ни техники, ни дополнительной силы не было.

     В деревне Барковка огонь шёл буквой «Т». Стёрто с лица земли 120 домов.

     Надо отдать должное ВМЗ, который на время остановил свою работу и направил своих людей бороться с огненной стихией. Пожарной техники попросту не было.

     Село Верхняя Верея сгорело до тла. 3 дня к ним подходил огонь. Местные власти молчали. Жители деревни тушили огонь своими силами из полуторалитровых бутылок.

     Сам собой напрашивается вопрос «Почему Грецию в прошлом году тушили вертолёты МЧС, а Выксу  - местные жители из 1.5-литровых бутылок»?

     Люди в Лазурном ведут себя мягко говоря неадекватно. Администрация ввела табу на курение (и понятно почему), по факту окурки пролетали мимо нас, и падали из окон эвакуированных прямо в лесополосу... Ввели запрет на алкоголь – в урнах полно стеклотары из-под спиртного.

     Люди бомжеватой наружности (не говорю «бомжи», поскольку это не очень уместно – весь район сейчас бомжи – люди без определённого места жительства; «бомжеватые» – это привычные нам бомжи, бродяги) разъезжают по окрестностям на такси, вместо привычной им Примы и Беломора курят дорогие сигареты. Таким людям неожиданно свалилась сумма денег, которую они, может быть, видели только в мексиканских сериалах много-много лет тому назад. Они просто не знают, каким образом ими распорядиться. Это касается не только бродяг. Многие на те деньги, которые перечислило государство, покупают себе дорогие сотовые телефоны, едут в город за шубами, дорогой бытовой техникой и  даже автомобилями. То ли это наш русский, никому непонятный менталитет, то ли шок, то ли полагание на «авось» ещё дадут»… У всех и каждого, видимо, по-разному…

     Несмотря на то, что погорельцы живут в Лазурном, санатории  ВМЗ относительно неплохо – есть крыша над головой, горячее питание, многих снабдили бытовой утварью, одеждой и обувью, работы у психологов хоть отбавляй – у некоторых до сих пор не проходит шоковое состояние, а если на время и проходит, то придя на место своего некогда стоявшего жилища и видя на месте дома головешки, у людей снова начинается истерика.

     Некоторые граждане начали строительство домов в этом районе ещё до пожарищ на незаконно купленных землях, документов ни на землю, ни на строительство у них нет. Даже через суд людям возвращать по большому счёту будет нечего. Многие так и останутся на улице. Много жителей в районе просто не прописано, жили у родственнков или у друзей. Следовательно, жилья они тоже не получат.

     Жители многих деревень не знают местонахождение своих друзей по соседству – скорее всего, что они сгорели.  40 человек считаются пропавшими без вести.

     Стада бесхозного обгорелого и голодного скота гуляет по окрестности.

     Местным пенсионерам и пожилым людям по рассказам очевидцев многого не достаётся. Более молодые и шустрые от жадности разбирают на постах раздачи благотворительной помощи всё, что им надо и не надо. Старожилы говорили нам, что самые наглые и безжалостные загребали столько, сколько могли утащить и зарывали вещи и продукты в землю. Потом по этим местам проходил экскаватор, и всё зарытое превращалось в труху.

     Несмотря на то, что власти много чего говорят по поводу того, что всем всего достаточно – не всегда является правдой. Из первых уст мы слышали абсолютно противоположное. Много чего и кому до сих пор не досталось.

     Дома строят в 2, а то и в 3 раза меньше, чем были у людей изначально. Спасибо и на этом, но у многих большие семьи, скот. Где и как они будут обживаться – никого не интересует. Понятно, что объёмы работы колоссальные, и о таких мелочах как квадратные метры и площадь жилья думать сейчас просто некогда, необходимо просто обеспечить людей крышей над головой до холодов, но тем не менее…

     Изначально говорили, что построят 750 домов, сейчас говорится только о 50-ти. Почему происходит именно так – судите сами. Куда деваться остальным жителям сгоревших 700 домов? Что будет с ними?

Читайте также

Последние новости