Наши любимые дети

“Тот, кто толком не спит, толком и не бодрствует”, - утверждал ипохондрик Джо, нарратор незабвенного “Бойцовского клуба” Чака Паланика.

Машинист фрезировочного станка Тревор Резник убеждается в верности данного тезиса, в буквальном смысле, на собственной шкуре. Он ВООБЩЕ не спит уже целый год, и это не самым благоприятным образом отразилось на состоянии его здоровья – Резник из “в меру упитанного мужчины” превратился в ходячее 50 килограммовое наглядное пособие для комплексного изучения человеческого скелета на уроках анатомии в средней школе. Лишившись сна он стал вялым и апатичным, размеренно, в вечном полудреме влачил свое существование. Но с появлением в цехе нового сварщика по имени Айван, неуютный, но привычный мирок Резника начинает трещать по швам под напором разворачивающихся вокруг спонтанных, необъяснимых событий . Постепенно сходя с ума, балансируя между воображаемым и действительным, Резник начинает понимать причины своей бессонницы, которые, как вы уже догадались, непосредственно связаны с тем, ЧТО ПРОИЗОШЛО ГОД НАЗАД…

История появления на свет “Машиниста” очень непроста (что, кстати, неудивительно в свете прокатной судьбы “Девятой сессии”). Началась она с того, как сценарист “Техасской резни бензопилой” Скотт Косар написал сценарий о человеке напрочь лишившемся сна. Труды Косара пришлись по душе Андерсену и тот поставил перед собой цель во что бы то ни стало перенести их на большой экран. Но у целеустремленного тандема авторов была одна небольшая проблема – никто в северной Америке не хотел тратить на их идеи свои кровные денежки. Посему неугомонный Андерсен отправился в старушку Европу, где после продолжительных поисков таки откопал себе щедрого спонсора в лице испанской студии Filmmax. Так на испанские деньги с испанской съемочной группой и “загримированной” под LA столицей сюрреализма и Каталонии Барселоной в качестве съемочной площадки Андерсон и Косар реализовали свой замысел.

То, что режиссеру Андерсену не совсем удалось в дебютной работе, в “Машинисте” исполнено с блеском. Речь идет об “игре жанрами”, одном из наиболее интересных и сложных приемов авторского кино, фактически гарантирующем в случае успешной реализации культовый статус фильму и его автору в широких киноманских кругах, а зачастую при невысоком бюджете постановки - и коммерческий “пряник” продюсерам. “Машинист” начинается как тяжелая, депрессивная драма о тяжкой доле потерянного человека, через некоторое время превращаясь в заполненный до отказа саспенсом параноидальный триллер, а в развязке вновь возвращает начальное обличье, но уже обрамленное изящными отсылками к Камю и Достоевскому. Угнетающие, болезненно мрачные, словно окутанные бледной предрассветной дымкой цвета, лениво фиксируемые устало бредущей за главным героем камерой, рождают щемящее чувство обреченности и выуживают из глубин "внутренних далей" зрителя крайне неприятных "гостей".

Можно говорить о том, что тема трагедии продуцирующей раздвоению личности отнюдь не нова. Но сложно и отрицать, что фильмы в которых она сколько-нибудь интересно и нелинейно раскрывается можно пересчитать на пальцах одной руки, а выделить среди них настолько же стилистически-композиционно выверенные и в то же время крепко цепляющие на чувственном уровне картины едва ли представляется возможным.

Ни одно ревью на “Машиниста” не обходится без оды в честь исполнителя главной роли Кристиана Бэйла. И этого штампа трудно, да что там – почти невозможно избежать - при всем общем великолепии фильма “закадровое” самопожертвование экс-Бэйтмана и будущего Бэтмена по-настоящему шокирует. Много ли вы знаете талантливых и успешных актеров с хорошими гонорарами, которые ради работы в странном и весьма туманном в коммерческом отношении проекте режиссера, чей единственный на тот момент полнометражный фильм был, мягко говоря, не понят ни критиками, ни зрителем, за смешные деньги будет скидывать 30 КИЛОГРАММ отнюдь не лишнего веса (теряя роскошную мускулатуру, накачанную для “Американского Психопата” за многие месяцы тяжелых тренировок) и серьезно подрывая свое здоровье? Лично я, кроме Бэйла, не знаю ни одного.

Что интересно, сильное похудание не было обязательным условием участия Бэйла в картине, более того Андерсен просил его сбросить пару-тройку килограммов, чтобы “лицо похудело”, а остальное по задумке должны были сделать оптические эффекты и широкая одежда.

Немногочисленные второстепенные актеры, хотя и пребывают глубоко в тени гениального Бэйла, грамотно подносят зрителю собственных героев, обеспечивая тем самым столь важную в подобных атмосферно-настроенческих фильмах монументальную целостность картины. Дженифер Джейсон Ли, звезда авторского кино и героиня мокрых снов свихнувшихся синеманьяков, в образе добродушной проститутки, которую кажется уже по инерции посещает исчезающий на глазах главный герой; патентованный плохой парень голливудского “direct-to-video” хлама, Майкл Айронсайд в роли коллеги Резника, которого тот сначала нечаянно лишает руки, а затем в пылу борьбы с собственным рассудком обвиняет в заговоре - оба актера чрезвычайно органично вплетают своих персонажей в ткань повествования.

Читайте также

Последние новости