Наши любимые дети

Есть у меня два кузена, старший и младший, между нами разница в два года, так что можно считать, что мы погодки. Сейчас мы видимся не так часто, как хотелось бы, но в детстве мы были, что называется, - «не разлей вода». Жили мы в разных концах города, но все выходные дни обязательно проводили вместе – весна, лето и осень обычно была посвящена рыбалке, или поиску сопутствующих приключений, а вот зимой заняться особо было нечем… Но была одна зима, которая мне запомнилась, это была особенная зима моего детства, потому что той зимой нам троим дядя стал доверять свое охотничье ружье. Точнее, мы то и раньше его брали, но это было без спроса, а тут официальное разрешение:

-Хотите на охоту? Пожалуйста, только друг друга не перестреляйте.

Расскажу о первой нашей «охоте на уток».

Мы не спали всю ночь, готовили патроны, в сотый раз прочищали ружье, предвкушали, как мы беспощадно перебьем всех уток, а потом примемся за более крупных зверушек… За разговорами мы и не заметили, как начало светать… Пора. При выходе из дома за нами увязался Джек (помесь овчарки с какой-то неизвестной дворнягой), и чтобы он своим жалобно-оскорблённым лаерыкоскулежом не разбудил всю округу, пришлось его взять с собой. Так как ружье было одно, а нас было трое, мы с самого начала договорились:

-У одного будет ружье, у второго нож, у третьего патронташ и Джек. Стрелять будем по очереди, пока один стреляет, второй, в случае удачного попадания, бежит с ножом на поиски утки, а третий в этот момент удерживает, вырывающегося Джека. Ну, и так меняться будем до бесконечности, то есть пока патроны не закончатся.

Так вот. Идем мы в предрассветной тиши, по сверкающему белизной, и хрустящему под ногами снегу. Даже Джек, чувствуя торжество момента, молчит, и даже, кажется, дышит с нами в такт. Дошли до заболоченного родника, пробираемся сквозь камыши, мы знаем, там есть одно место, которое почти никогда зимой не замерзает, и которое облюбовали ничего не подозревающие утки… Подходим, взлетает одна утка, выстрел-дуплет, мимо! Представляете? МИМО!!!

-Елки-палки! Ты, что слепой?! Как можно было промахнуться, если у тебя перед носом целый выводок взлетел! –яростно шепчу я.

-Это тебе не харчками в форточку лежа на диване попадать… -вторит мне младший.

-Шиммо г1овг1 ма ейш, аш ху дир ду хожурву со (Не шумите оба, я посмотрю, что вы сделаете), -нервничает старший, и отдает мне ружьё…

Теперь у меня ружье, у старшего нож, а младший Джека продолжает конфетами подкармливать, чтобы не артачился, и покорно шел к следующему месту, облюбованному нашими потенциальными жертвами. И тут, совершенно неожиданно, из камышей справа, вылетают две утки! Ба-бах! Траектория полета уток не изменилась. Второй раз: БА-бАХ! Одна утка покосилась, но улетела, а вторая спикировала в камыши под углом сорокапяти градусов. Есть! ПОПА-АЛ! Надо в экстренном порядке успеть найти предположительно убитую, но и не исключено, что слегка раненную утку! А то, ведь, уползёт под корни камышей – ищи-свищи потом! Джек видит, что мы счастливы, но не знает отчего, и за компанию начинает гавкать, потом пытаясь вырваться стоит на одной ноге, остальные три его ноги в воздухе, делают движения, как будто он уже бежит в направлении места падения утки, и удерживает его только сдавливающий шею поводок... Итак. Первый шок прошел. Старший хищно улыбнулся, и оголив нож и побежал в камышовые заросли. Следом побежал я. С ружьем по камышам особо не побегаешь, я немного отстаю от него… Камыши закончились, начинается чистое поле, успеваю увидеть, как старший забежал за куст, и пропал за ним… Бегу быстрее!!! Это тогда мне прошедшее время казалось вечностью, на самом-то деле это все происходило за секунды… За кустом я увидел следующее: старший смотрит на меня и улыбается, в одной руке у него окровавленный нож, в другой утка, которую он держит за крылья, по типу «ласточки», а головы у утки нет вообще:

-Уже урс хаькна ах цун?! (-Ты ее уже успел зарезать?!)

-Хьо хавалалц собар да дезшам вацар со? (-Я что, должен был ждать пока ты придешь?)

-Хьо ма сих кхиъна цун тъер корт хIа бахк… хумма элари ахь урс хIакли? (-Как ты так быстро успел её головы лишить… ты что-нибудь сказал до того, как зарезать её?) –намекая на произношение «БисмилляхIи…» перед закланием.

-Элар дер! (-Конечно, сказал!)

-Ху элар ахь? (-Что ты сказал?)

-Хана[1] тебе, утка, эларкх! Кхи ху ал дезар ас?!

Читайте также

Последние новости