Наши любимые дети

Сегодня, 15 июля, на Школьном аэродроме состоялся показ авиационной техники, участвующей в учениях «Си Бриз 2010», а также показательные занятия с инструкторами из Бундесвера по освоению парашютно-десантной техники европейского образца. До этого, в день накануне, германские инструкторы парашютно-десантной службы успешно завершили курс по освоению украинской парашютно-десантной техники, завершив его несколькими прыжками на наших парашютах и с наших носителей, включая вертолёт Ми-8.
При въезде на КПП Школьного аэродрома увидели всё туже труппу бродячих артистов оригинального жанра от «Конотопской ведьмы» (такое прозвище прилипло к Наталье Михайловне с десяток лет назад, когда она неосмотрительно выбрала для баллотирования в депутатши «преславное сотенное местечко» Конотоп), численностью до двадцати человек. Пребывавшие до этого в полудремотном вялом утреннем состоянии, вдруг встрепенулись, заметив автобус с журналистами уже перед собой, яростно и торопливо заверещали свои кричалки, затрясли плакатиками и торопливо стали тыкать дули и факи уже вслед въезжавшему в ворота IШкольного аэродрома журналистскому автобусу.

На аэродроме было сосредоточено до трети летательных аппаратов, участвующих в учениях «Си Бриз». Вниманию работников «пера и топора» были представлены вертолёт Ми-8МТБ ( взлетел вдали сразу, как только мы вышли из автобуса), самолёты Ан-26 Воздушных Сил Укарины (военно-транспортный универсальный вариант – может бомбить, ретранслировать радиосвязь, минировать, вести воздушную разведку, выбрасывать десант, наконец, просто перевозить грузы и людей), С-160 «Трансалл» Бундесвера, а в гражданском аэропорту Одессы – американский базовый патрульный самолёт Р-3С «Орион», заслуженный ветеран противолодочных сил, поступивший на вооружение в начале шестидесятых годов прошлого столетия, одна из рабочих лошадок «холодной войны», доставлявший немало головных болей нашим подводникам. Экипаж американского «Ориона» прибыл на Школьный для общения с масс-медиа в пешем порядке.
Первым перед нами выступил замначальника управления морской авиации ВМСУ полковник Орлов Андрей Константинович, пояснивший вкратце роль авиационного компонента учений и его задачах. После этого прессе был представлен руководитель украинских парашютистов – десантников от Аэромобильных войск п/п-к Петро Потехин рассказал, что прыгали и будут прыгать десантно-штурмовая рота батальона морской пехоты и парашютно-десантная рота от аэромобильных войск из Николаева, а также взвод парашютистов – инструкторов Бундесвера под командованием обер-лейтенанта Николая Буянова. Германские парашютисты освоили украинские парашюты и совершили по нескольку прыжков. За это в торжественной обстановке им были вручены тельняшки украинских десантников. Было заметно, что ритуал пришёлся немцам по душе, и они были польщены такой дружеской отметкой. Характерен и внешний вид немецких товарищей. Если на немецкой земле они меняют полевое обмундирование каждые три месяца, то здесь они одели уже порядком поношенное, но наверное счастливое х/б, береты напоминали маленькие приплюснутые блинчики и едва держались на головах, накачанные ручищи у многих были покрыты замысловатыми тату. Почти все носили аккуратные «шкиперские» бородки. Правда, строевая подготовка у них сейчас не такая, как на экранах исторической кинохроники, да вообще. В принципе, никакая даже по облегчённым современным украинским меркам. Хотя как специалисты парашютно-десантной службы они выше всяких наших представлений. Обер-лейтенант Буянов рассказал об участии в совместных учениях сейчас и в 2008 году. Коротко рассказал о себе. С родителями прибыл в Германию в начале 90-х годов, окончил школу, военную академию, прошёл доподготовку в парашютном центре. Командует взводом инструкторов. Николай отметил все особенности наших парашютов по сравнению с бундесверовским. Это меньшая скорость снижения, плавность, хорошая управляемость, позволяющая опытному парашютисту двигаться иногда даже против ветра., выбирать траекторию снижения и обеспечивать плавность и безопасность приземления даже при ветре. При этом, кроме автоматического раскрытия, наш парашют может раскрываться и принудительно в ручном режиме, дёргая за кольцо. При этом в Европе давно забыли о раскрытии с помощью кольца – прыгают только с автоматическим раскрытием. При этом скорость носителя не должна превышать 220км/час, в то время, когда украинская система. Являющаяся развитием советской, позволяет покидать носитель в автоматическом режиме раскрытия на скорости до четырёхсот км/час. И при этом стабилизация и последующее раскрытие обеспечивается до высоты 200 метров. В то время, как европейский нижний потолок – 300 метров. Скорость снижения германских парашютов – 4-6 м/с. Довольно высокая. Во взводе немецких контрактников нет ни одного нетравмированного за десяток лет службы. Правда, в быстро снижающегося парашютиста тяжелее попасть. Старшее наше поколение, служившее в мотострелковых частях и интересовавшееся, что же написано в «Наставлении по стрелковому делу» и к АКМ, и к АК-74 должно помнить, что там все упреждения по парашютисту рекомендуется выбирать, исходя из скорости снижения в пять метров в секунду. Поэтому ясно, что чем быстрее спускаешься, тем меньше ты находишься под обстрелом. Ещё о германских парашютах говорят, как о сверхнадёжных. Но на практике и наши парашюты показывают не меньшую надёжность. Правда в складывании наши несколько сложнее. И нет у немцев обычая складывать свой парашют самому – там это делают инструкторские подразделения. У нас при интенсивных учебных прыжках тоже приходят на помощь укладчики и укладчицы. У лётчиков по традиции уже парашюты укладывают в основном девушки. Но первый прыжок делается со своей укладкой. Да и боевой парашют наши бойцы укладывают сами. Это те парашюты, с котрыми придётся прыгать в случае войны, и которые хранятся уложенными. Переукладываются они только в регламентное время.
Здесь, на «Си Бризе» наши парашютисты-десантники изучат, уложат и совершат прыжок в составе роты на германских парашютах Т-10 с германского военно-транспортного самолёта С-160 «Трансалл». Таким образом они овладеют европейской парашютно-десантной техникой и освоят международные стандарты. В случае совместных действий и отсутствия ( расходования, недопоставки) своих парашютно-десантных средств, без промедления использовать европейские. Языковый барьер не был заметен. Команды выполнялись правильно и немецкой стороной и нашей, хотя среди немецких камарадов русским и английским (и германским, соответственно) в совершенстве владел только обер-лейтенант Буянов, а остальные – пятое через десятое. Но германский язык ( я поймал себя на этом ощущении) не казался каким-то чужим. Кроме того, в учебном процессе многое передавалось жестом или действием («делай, как я»). Один из недавних «марковских» журналистов не удержался от «политического» вопроса, поинтересовавшись, не испытывает ли неловкости русский, служащий в армии «извечного противника» -- немцев. Получил достойный ответ, что в Германии не живут вчерашним днём, а двигаются вперёд. И почему не послужить стране, которая дала гражданство, нормальное образование, перспективу в жизни? Ведь армией жизнь не закончится, так что всё рассчитано и на перспективу – дальнейшее образование («второе высшее»), работа в динамично развивиающейся компании… Я попытался спросить, поддерживается ли в германских воздушно-десантных частях дух и традиции, заложенные Куртом Штудентом. Вопрос пресёк «руководитель полётов» кавторанг Бова, посчитав его также заполитизированным. Хотя генерал Штудент, наряду с Роммелем и другими, никогда не был почитателем нацизма. В Бундесвере есть казармы, носящие почётные имена Роммеля, Прина, Мёльдерса.
Освободив русского обер-лейтенанта германской армии из цепких лап любопытных репортёров, нас направили поближе к самолётам и лётчикам. Нас ожидало общение при помощи американской переводчицы Марии Сергеевой с командиром экипажа «Ориона» капитаном 3 ранга Джим и командиром воздушного компонента учений капитаном первого ранга Стивеном Вильчински. Oни рассказали о роли своего самолёта и общеавиационного компонента в проходящих учениях. По поводу обнаружения большого количества малоразмерных скоростных лодок, рассеянных по большой площади командир экипажа выразил сомнение, но выполнять противолодочное обеспечение корабельного соединения. Несмотря на то, что сам «Орион», как самолёт – «ветеранище», но в ходе очередных усовершенствований на него устанавливалась самая совершенная аппаратура, стоимость которой на порядок превышает стоимость самого самолёта. При учёте того, что минимальный налёт составляет где-то часов двенадцать в месяц ( когда больше, когда меньше, бывает больше суток в небе крейсируют), то ресурс планера эксплуатируется довольно интенсивно, особенно по сравнению с нашими самолётами. Конструкция «Ориона» оказалась перспективной, прошла много модернизаций, было выпущено более двух десятков подвидов. Хотя и у этой конкретной машины возраст солидный – четверть века. Но немецкий транспортник С-160 «Трансалл» и того старше – он выпуска 1970 года! И налёт больший, чем у нашего Ан-26 выпуска 1989 года. К слову, американский фрегат «Тейлор» типа «Оливер Х. Пери» тоже далеко не «юноша». Так, что многие образцы европейской и американской техники, особенно корабли и самолёты. Имеют большой срок эксплуатации. Но они проходят регулярные регламенты, обслуживания, капитальные ремонты, усовершенствования и модернизации. Так, что «моральная устарелость» ещё вовсе не означает отсутствия реальной боеготовности, технической готовности к выполнению реальной боевой задачи. И в этом украинская техника и вооружение вполне соответствует уровню поставленных задач и возможностей отражения военной агрессии вероятного противника. Критерий оценок весьма свеж – российско-фашистская агрессия против Грузии.
Некоторые журналисты пытались добиться от командира экипажа «Ориона» тактико-технических характеристик самолёта. Но американский лётчик сообщил лишь длину, ширину и вес самолёта в футах и фунтах. Из этого было ясно, что «Орион» -- это летательный аппараттяжелее воздуха. Короче – не дирижабль и не планер. Военной тайны, столь искомой журналистами, не выдал. Но если б даже захотел, то у него бы это заняло несколько часов. Ведь «Орион» -- это целый комплекс! Впрочем, можно поднять журнал «Зарубежное военное обозрение» за восьмидесятые годы – там есть ТТХ самых последних модернизаций «Орионов» на тот момент. Они не отличаются кардинально от современных.
После самолётов возвратились к десантникам аэромобильных войск, изучавшим на площадке устройство и действие парашюта Т-10 Бундесвера с помощью германских инструкторов. Опять же никакого особого языкового барьера я не заметил. Но занятие проводилось тактико-строевым методом, и если не услышали какой-то команды, то можно было просто было делать, как все. Дисциплина и слаженность, а также настроенность на выполнение задачи, высокая замотивированность показать, что мы не хуже, а местами и лучше «европейских стандартов». И последующие практические прыжки показали, что так оно и есть.

Владимир Ущаповский, для «Свободной Одессы», Школьный

Читайте также

Последние новости