Наши любимые дети

 когда собирались экстрадировать Караджича у нас была ночная смена.

это когда сидишь и подпираешь сначала голову руками, а потом тело всеми находящимися поблизости предметами.
чтобы если вдруг что произойдёт, то немедленно проснуться, и написать куда нужно что-то вменяемое.
а не "мама, я очень хочу спать, не могу уже больше сидеть в жж" (твиттера и фейса тогда не было популярно).

а у нас в Белграде была корреспондентка Пола Слиер.
Пола весь день прямилась* до опупения, а потом писала сюжет.

лирическое отступление про писание сюжетов.
звучит гламурно.
на деле -- вообще неописуемо и невозможно прекрасно. вам не снилось.
ты корпеешь над текстом, который должен вмещать в себя синхроны** и быть не больше 3х минут.
ты отсылаешь творение редактору и редактору по стилю, которые тебе популярно объясняют, что ты говно, а твой текст -- втройне кал.
иногда даже объясняют, где ты не прав.

ты переписываешь сюжет. иногда раза три. иногда полностью. иногда просто переставляешь местами синхроны и параграфы, и тебе радостно орут в телефон -- вот видишь! вот можешь же! ура-ура.
потом ты наговариваешь продукт совместного интеллектуально-когнитивного творчества на микрофон (для этих целей подходят шкафы, тёмные углы, и под одеялом), и начинаешь слать этот наговор в москву.

я пропущу душераздирающее описание процесса пересылки файла на homebase. это займёт часов 16. почти столько же, сколько сама персылка файла, который нужен, конечно же, срочно.

вернусь к нашим баранам. то есть -- Караджичу, экстрадиции, и 3м часам утра.
именно в это время я посмотрела на монитор, где сквозь мглу и зернистость просматривались мутные очертания какого-то дома в Белграде, откуда, по слухам, должны были экстрадировать бородатого мучителя народов. и вслух сказала что -- если бы я была царицей, то вот я бы экстрадировала бы ровно сейчас. потому что темно, поздно, и все уже никакие.

а Пола у нас только закончила переписывать сюжет. а работала она с 8ми утра по москве. то есть, часов с 5ти по Белграду. а теперь там было часа 2, и она сказала, что пошла спать.

а тут я -- возьми и ляпни.
и проходит минут 10, как председательствующая на этом празднике загубленных биоритмов товарищ редактор обнаруживает некоторую движуху на тёмном мониторе.
и говорит -- мне кажется, или...

и тут мы понимаем, что случилась наша любимая ягодица на букву Жо. и что пошли брейкинг ньюз. но все ленты молчат. потому что новостные ленты -- это люди, которые тоже иногда спят. они выставили камеру напротив дома в Белграде, и там стоит оператор, который тоже, наверное, не спал полтора суток. и он думает, что у него галлюцинации. а может его там вообще нет. 

опять же, опущу душевные терзания по поводу того, как мы метались туда-сюда, потому что если ленты не дают новость -- то это может ещё и не то, что мы думаем, и огрести за это можно больше, чем продукт жизнедеятельности коней царя Авгия. 

я звоню Поле, поторая полтора часа назад сказала, что пошла спать, и говорю -- Пола. прости. я всё понимаю. ты мёртвая. но тут такое дело... в общем, Караджича того. экстрадируют. и нам нужна ты. на прямом. и -- да, твой сюжет, получается, в топку. но нам очень нужно. ты ж понимаешь.

и Пола, вздохнув, говорит -- дайте мне час, я накрашусь, и буду в эфире.

это я, друзья, к тому, что Пола -- мой герой. потому что сейчас она вот тут и вот так:

сноски:
*прямиться -- это стоять перед камерой, и в неё, по возможности членораздельно, говорить. на прямой связи из москвы у нас корреспондент... это считается круто. а на деле -- в тысячу раз круче, чем считается.
**синхроны -- это типа цитаты на камеру. ну, не корреспондент говорит, а герой сюжета или выдающееся лицо.

Читайте также

Последние новости