Наши любимые дети

блажен кто верует

Минутка погружения в себя. Что может быть приятнее и прекраснее после насыщенного дня. В голову залезает сущая чепуха о вечном, о которой, почему-то хочется думать, взгляд устремляется в одну точку, руки картинно охватывают голову. Девушка с рисунков известных художников-портретистов, мечтательная и грустная барышня из романов конца 18 века. Жаль, нельзя посмотреть на себя со стороны, иначе самолюбованию моему не было б предела. Кажется, я совершенно волшебная. Внутри меня лопаются хрусталики. Еще чуть-чуть и две слезинки выступят на глазах, смешаются с тушь и побегут вниз по щеке, оставляя готические черные полосы. Капли упадут на шарф, и от влаги запах моих духов начнет витать в воздухе вокруг меня. Прелестно! Просто прелестно!
Душный вагон метро. Пассажиры с одинаковыми лицами. И я. На фоне всего этого в своей придуманной великой скорби. Превосходно.

Что это? Жесты, что ли? Руки? Руками кто-то показывает мне, чтоб я обратила внимание? Сейчас в моей картине мира нет никого, кроме меня и моей задумчивой красоты!
Или все-таки есть?
Руки зовут меня, мол, обрати ты уже свое внимание на нас . Они врезаются в сознание, и вот я уже забываю обо всем, глаза следят за ними. Руки. У них должен быть хозяин.
Вот и он! Сидит напротив. Развеселый мужичок-с-ноготок. Улыбка до ушей. Ростик маленький, такой, что ноги до пола на достают, когда он сидит. Очки на пол-лица. Серая грязная куртка. Красная шапка-олимпийка. Чемоданчик в руках. Такой , помнится мне, был у дедушки. Он называл его «банный саквояж», хранил в нем мочалку, мыло, полотенце, а сверху накрывал все это веником.

- Да не бери ты в голову!- радостно говорит мне- Все нормально будет! Хорошо все будет! У тебя- так точно!
Сама себе непонятная, начинаю улыбаться. И вроде улыбнуться надо разок и все- в знак внимания, но улыбка не сходит с лица , а я не знаю куда деть глаза. Смотреть на мужичка- не очень это вежливо, но смотреть куда-то еще я просто не могу.

Остановка. Девушка, сидящая рядом со мной, выходит. Место освобождается. Мужичок тут же пересаживает ко мне. Он прямо перепрыгнул с места на место. Или перелетел.

-Главное, это быть в тонусе!- говорит со знанием дела.
-Это точно!- отвечаю я, не переставая улыбаться.
-У тебя как Новый Год-то начался?- спрашивает, смотрит в глаза мне, внимательно смотрит, с интересом.
-Замечательно! -говорю- Просто очень и очень хорошо!
Сама вспоминаю начало января, и тепло такое по телу бежит приятное от этих воспоминаний.
- Вот. Значит и весь год такой будет. Проверено!- восклицает мой новоявленный спутник.
Ох. Сейчас очень хочется поспорить. Скептически отношусь я к таким прогнозам. Детские сказки –ничего интересного. Но обижать мужичонку не хочется. Добрый он. Поэтому замечаю осторожно:
-По-разному бывает. Очень по-разному. Не все от нас зависит.
Мужичок вдруг улыбаться перестал, от меня отшатнулся, потом снова ко мне подвинулся, сидим теперь мы плечом к плечу. Внимательно смотрит в мои глаза. И снова улыбается. Улыбка у него светлая, искренняя. Блаженная.
-Я же говорю, проверено. Про-верено. Верить надобно. Тогда все будет как по вере. Хорошо все будет, говорю тебе. Все будет хорошо!

Вот так номер! Не ожидала. И ведь не поспоришь. Что правда-то правда. Сама всегда говорила- главное поверить, все остальное приложится. И сама сотни раз не верила. А теперь? Теперь, кажется, пришло время поверить раз и навсегда.

-Ты чем занимаешь-то по жизни?- спрашивает меня.
-Живу-отвечаю спокойно
-Это правильно. Не легко сейчас. Инфляция растет, цены растут. Экономика у нас нестабильная.
Интересно, откуда у такого человека такие познания о нашей обыденной жизни?
-Всегда непросто. Только каждый раз по-разному это непросто бывает.- отвечаю ему.
- Это ты верное заметила. Но ты, я смотрю, в струе! Значит, счастливая будешь.
-Спасибо- тихо отвечаю. Засмущалась я от таких слов даже.- В струе, точно.
Оба смеемся. Он внезапно смотрит в окно- пытается понять к какой станции подъезжаем. Ему выходить. Прощаемся:
-За сим прошу меня извинить! Моя остановка- удаляюсь! Ерунда это все-главное будь здорова и любима! Оревуар!
-Спасибо! И вам всего самого-самого!
Кричу ему последние слова, но он уже не слышит. Идет по платформе. Маленький, смешной, несет в своем чемодане что-то тяжелое. И улыбается.

Люди в вагоне странно на меня смотрят. В глазах читаю «Вот сумасшедшая. С сумасшедшим же поговорила и радуется!».
А я ведь и правда радуюсь.

Вот и моя остановка. Выхожу из поезда и думаю, что не первый это человек веселый на моем пути. Любят они меня. Подходят, заговаривают. Со светлыми улыбками, жизнерадостные, одетые кое-как, иногда чуть пьяные, яркие. Летающие где-то над головами толпы, к земле неприбытие. Потерявшиеся, неустроенные, но бесконечно счастливые и мудрые. Блаженные. Интересно, замечают ли их другие? Или пинками отшвыривают, чтоб не лезли? Наверное, так и поступают. Впрочем, блаженным все равно-привычные они, посмеются да забудут. Себеподобных сами найдут без труда. Меня, например.

Последние новости